«Ядовитые дружбы» – конгениальная иллюстрация научных изысканий Пьера Бурдье. В картине все сюжетные ходы встраиваются в логику детерминизма литературного сообщества, согласно которой любой пишущий, оказавшийся в рамках институций, неизбежно привлечет к себе внимание

Стихия фильма Бовуа – это суровый, даже серый, словно пасмурный день, реализм. Жизнь парижского сыщика не предполагает романтичных погонь с перестрелками и визжащими шинами, а только унылое прочесывание общежития за общежитием

«Моя девочка не хочет…» остаётся самым значительным произведением Оноре, контрольной и самой цельной работой, определяющей, его почерк. В разрезе всего современного французского кино с его уходящими мастерами, он, видимо, останется важной формирующей фигурой, способной связывать современность и прошлое

Гротескный реализм фильмов Гироди представляет собой взвар регионализма, узких политических подмигиваний и неожиданных гитарных номеров, а мужской гетеросексуализм выступает в них на правах редкостной патологии

«Кадровый вопрос» - это и фильм и лист бумаги одновременно. Тот лист, на котором написанные слова медленно исчезают, растворяются до неразличимости. Тот фильм, которому удалось побороть слово, погружая зрителя в состояние зачарованного ужаса

Бертран Бонелло, композитор по своему первому образованию, пришел к кино не сразу. Кино его привлекло своими возможностями создавать тотальный мир, вполне сопоставимый с теми мирами, в которых мы живем

Бруно Дюмон в контексте современного французского кино занимает место внестилевого одиночки, посла абсолютной серьезности, эзотерика, мечтающего о неподдающееся ему простоте зрительского жанрового кино

В «35 шотах рома» мы не находим характерной для более ранней Клер Дени «смеси чувственности и ригоризма», которую отмечал все тот же Михаил Брашинский. Персонажи – все четверо из живущих в компартменте – отделены от зрителя, отделены настолько же, насколько они отделены от живущих вне стен компартмента

«Земную жизнь пройдя до половины, Я очутился в сумрачном лесу, Утратив правый путь во тьме долины». Эти знаменитые начальные строки  «Божественной комедии» являются возможно лучшим эпиграфом кинематографу французского режиссера Филиппа Гранрийе

Специалист по городской антропологии, Рабах Амёр-Займеш, ушел в кино, потому что почувствовал, что «есть что-то такое в глубине его сердца, что требует свободного выражения». Любовь к свободе и к рефлексии бросается в глаза во всех его фильмах

Один из самых ловких визионеров и свободных мыслителей французского авангарда Филипп Гранрийе – автор трех фильмов, напоминающих беконианские транскрипции, и, позволяющих считать его одним из лидеров в селекции новых средств выражений в кино. Сineticle публикует перевод разговора Гранрийе с профессором Сорбоны Николь Бренэ

Сегодня говоря о французском кино, одним из первых имен, что неизменно сорвется с уст - будет имя Арно Деплешена. Возможно, самого французского режиссера в современной Франции. Режиссера традиционалиста, но и режиссера-новатора.  Большого романиста, взявшегося за камеру с целью вернуть «слова домой»