За псевдонимом Soda_Jerk прячутся две сестры-авангардистки из Австралии, Доминик и Даниэль Ангелоро. Их режиссёрская идеология пиратского видео-коллажа как нельзя лучше подходит другим австралийцам, – группе The Avalanches, пионерам пландерфоники (от слова «plunder» – «грабёж, разбой, мародёрство»), электронной музыки, целиком построенной на использовании сэмплов. Совместная работа Soda_Jerk и The Avalanches представляет собой не столько видео к музыке, сколько встречу двух родственных – «грабительских» – эстетик и мировоззрений.
Максим КАРПИЦКИЙ увлечённо перебирает эти залежи краденого, а заодно переводит «Анархивистский манифест» Soda_Jerk, прославляющий пиратство как единственный способ освободить собственное воображение и включить работу воспоминаний.
Плохие клипы – скорее норма, а не исключение: нередко они создаются просто потому, что музыкантам нужно хоть как-то преодолевать инерцию человеческой лени и нежелание выходить из зоны комфорта; да и какой смысл надрываться, если «завируситься» может откровенный мусор, и нет никакой гарантии, что «хорошее» видео посмотрит больше людей. Можно, скажем, сделать танцевальное видео или снять кусок концертного выступления – и готово. Один из самых популярных – и никчёмных – подходов к созданию визуального ряда для песни – буквалистская экранизация происходящего в тексте. Однако The Avalanches – главные «воришки» современной электронной музыки – в своём видео-манифесте, клипе «Frontier Psychiatrist», доказывают, что этот трюизм относителен, если, например, переносимая на экран глоссолалия достаточно абсурдна, а сам её перенос на экран – изобретателен. Заодно они наглядно демонстрируют, что проблема современного ИИ не в том, что он работает на основе «украденных» произведений, но в том, что большая языковая модель стремится предсказать типичные речевые (в широком смысле) паттерны. Даже если ему прописать в промтах задачу создать что-то «оригинальное», ИИ будет выстраивать своё произведение как клише, созданное на основе того, что удивляло людей раньше. Дебютный альбом Робби Чатера и Тони Ди Блази, напротив, хотя и состоит полностью из сэмплов, ничего не имитирует.
Второй клип группы становится уже не заявлением намерений, но первой пробой эстетики пландерфоники. «Since I Left You» построен на диссонансе музыки и видео: сначала похожий на усатого Карлсона шахтёр танцует неуклюже – но и когда его движения приобретают уверенность, он не вполне попадает в ритм; между движением и мелодией песни остаётся зазор, и даже когда танец замедляется слоу-моушеном, меланхоличная музыка не совпадает с комедийным и жизнеутверждающим видеорядом. Клип австралийского дуэта оказывается своего рода предвестником «Билли Эллиота» (Billy Elliot, 2000), – но герою здесь приходится умереть, чтобы начать танцевать.
Наверное, Чатеру с Ди Блази и самим иногда кажется, что проще будет создавать сэмпловую музыку на том свете. К сожалению, правила игры таковы, что даже если сэмпл длится всего мгновение и нет никаких сомнений, что композиция не является плагиатом, музыканты обязаны получить права на использование каждого из тысяч сэмплов. Именно поэтому между первым альбомом группы «Since I Left You» (2000) и вторым, «Wildflower» (2016), прошло целых шестнадцать лет, и чтобы наконец выпустить музыку хоть в каком-то виде, дуэту пришлось использовать дополнительно записанную оригинальную музыку. Несмотря на такой компромиссный подход и постоянную помощь юриста, специализирующегося на копирайте, третий альбом вышел только через четыре года – «We Will Always Love You» (2020).
Использование чужой музыки – норма народной культуры; блюз и джаз строятся на интерпретации стандартов; вариации на чужие мелодии необходимы классической и авангардной академической музыке для выстраивания отношений с традицией. В поп-музыке, как и в кино, всё иначе. «Историями кино» (Histoire(s) du cinéma, 1988-1998) Жан-Люка Годара можно с успехом заменить большинство курсов по истории культуры, если не историю в целом. Один из лучших фильмов последних лет – «Генри Фонда – в президенты» (Henry Fonda for President, 2024) Александра Хорвата – это в значительной степени монтажное кино, склеенное из классических голливудских фильмов. Однако монтажные фильмы сложно делать в границах закона – и почти невозможно, если материалы относительное недавние и принадлежат большому количеству правообладателей. Почти все фильмы Soda_Jerk изначально выкладывались на vimeo, и их можно было посмотреть абсолютно бесплатно, теперь же они удалены или заблокированы, и на официальной странице осталась только пара трейлеров да фильм-клип «The Was» под несколько переделанных в один трек песен с альбома The Avalanches «Wildflower» («Subways», «Frankie Sinatra», «Colours», «The Wozard of Iz», каждая из которых, в свою очередь, состоит из множества сэмплов).
Что касается видеоряда, «The Was» Доминик и Даниэль Ангелоро смонтирован из 129 фильмов и сериалов, некоторые из которых одолжили фильму своих героев (нашлось место, например, Джею и Молчаливому Бобу, Бивису с Батхедом, персонажам Жана Рено, Билла Мюррея, Жан-Пьера Лео и Траволты), другие – сеттинги. Несмотря на разномастность элементов, они не находятся в ироническом или диалектическом противостоянии, комментируя и критикуя друг друга (что особенно характерно для сатирических работ сестёр Ангелоро, таких как «Terror Nullius» и «Hello Dankness»), но и не сливаются в кашу, сохраняют свою дискретность, разделяя общее утопическое пространство – культуру, принадлежащую всем людям. Фильм-клип «The Was» лишён сюжета как такового, все персонажи просто «живут своей жизнью», прежде всего в «общих» местах, таких как поезда и станции метро (возможно, главное достижение «коммунальной» культуры), и на улицах города. Когда люди и мультяшки оказываются в местах, принадлежащих частным лицам или бизнесу, добра не жди: они оккупируют бассейн при недешёвом особняке, чтобы закатить вечеринку, устраивают танцевальный баттл на парковке, громят магазины. Действительно, герои не находятся в конфликте, несмотря на разницу своего происхождения, однако их происхождение (то есть конкретный исторический контекст создания фильмов, из которых они были позаимствованы, их изначальные роли и реальность, на которую они указывали) не готово оставить их в покое. Даже если абстрагироваться от пересадки персонажей на новый грунт и от неожиданных ассоциаций, которые такая монтажная агрономия может породить, то агитационный постер всё так же напоминает о политических реалиях: фильм заканчивается заревом пожаров, и коктейли Молотова кажутся игрушечными и безвредными, когда на горизонте поднимается ядерный гриб.
Сода_Джёрк выбрали пиратство как форму сопротивления культурной индустрии; при этом им настолько хорошо удаётся нащупать слабые места доминирующих нарративов, что изначально давший финансирование на фильм «Ничья земля» (Terror Nullius, 2018) фонд открестился от проекта, назвав его анти-австралийским («un-Australian»). Фильм «The Was» представляет другой аспект их проекта – это своего рода Либерталия, анархическая пиратская утопия. Название фильма хотя и кажется аграмматическим, в духе поэзии Каммингса («the» – определённый артикль, который должен бы сопутствовать существительному, но вынужден делить фразу с «was», личной формой глагола прошедшего времени), может быть понято как синоним «прошлого», с помощью своей аграмматической формы ещё в большей степени отсечённого от настоящего. Такое название одновременно выносит мир фильма за пределы нормы и подчёркивает его не-настоящесть. Виртуальный музей всеобщей культуры становится утопией совместного существования, где каждый гражданин – пират. Soda_Jerk и The Avalanches апроприируют не только чужие произведения, но и саму идею пиратства, реабилитируя его.
В том же году, когда вышел «The Was», Сода_Джёрк опубликовали в журнале «incite!» свой манифест, склеенный из фрагментов чужих текстов. По иронии, этот манифест во славу пиратства сейчас недоступен на сайте журнала. И всё же, пусть и без указания источников, приложив немного усилий, его возможно отыскать. Вот этот программный текст в переводе на русский язык. Ссылки на несуществующие примечания, отмеченные цифрами-сносками внутри манифеста, призваны не только напомнить нам о том, что это лоскутный текст, но и указать на ущербность доступной версии текста и ненадёжность интернета как архива.
АНАРХИВИСТСКИЙ МАНИФЕСТ
Сообщения, поступающие от наших агентов на местах и собранные здесь Губкой Эдди, указывают на то, что [1] мы застряли [2] в оккультной временнóй войне [3], где множество реальных событий управляется силой иллюзии [4]. Таковы факты. [5] «Заговор Нова» [6] работает посредством фикций, которые отрицают свой собственный вымышленный статус [7]. Вымысел не противопоставляется реальности. Скорее, реальность понимается как состоящая из вымыслов – последовательных семиотических ландшафтов, которые обусловливают перцептивные, аффективные и поведенческие реакции. [8]
Главное орудие войны – изображения [9]. Изображения реальнее, чем кто-либо мог предположить. [10] Если реальность тождественна тому, что вы можете чувствовать, обонять, пробовать на вкус и видеть, то реальность – всего лишь электрические сигналы, интерпретируемые вашим мозгом.[11] Агенты совета директоров учатся мыслить в этих ассоциативных блоках, [12] которыми затем можно манипулировать в соответствии с законами ассоциаций и сопоставления. [13] То, что вы называете реальностью, – сложная сеть необходимых формул. [14] Вы прибиты гвоздями и запечатаны внутри пленительного саркофага. [15] Вы – собаки на всей ленте. [16]
Очевидно, это лишь одна сторона большой картины, сторона, выглядящая как тщательно разработанный план [17] для постоянного переписывания как прошлого, так и будущего. [18] Базовая нова-техника очень проста. [19] Если бы все записи рассказывали об одном и том же, ложь сохранилась бы как часть истории и стала правдой. [20] Сама реальность создаётся в пост-продакшене и пишется [21] путем усложнения времени, повторной активации значимых предков, посредством сравнения событий разных эпох, фабрикации воспоминаний. [22] «Кто управляет прошлым, – гласил лозунг партии, – тот управляет будущим; кто управляет настоящим, тот управляет прошлым». [23]
Теперь вы, вероятно, спросите, сможем ли мы уладить этот бардак так, чтобы удовлетворить все причастные формы жизнь, и мой ответ таков. [24] Их Космическое Сознание Бессмертия и Любовь – это второсортная дрянь, бэха. [25] Реалистичный фильм – самое унылое развлечение, когда-либо представленное на суд увлечённой аудитории, [26] и вы наверняка видите, что облапошенные жертвы начинают прозревать, кучкуются угрюмыми группами, и их бормотание становится всё громче и громче: [27]
«Что это за афера с реальностью? [28] Кто ты, чёрт возьми, такой и что ты делаешь на моей видеодорожке? [29] Кто монополизировал любовь, секс и мечты? Кто монополизировал Жизнь Время и Судьбу? Кто отнял у тебя то, что тебе принадлежит?» [30]
То, о чём многие из вас слышали, – правда. [31] Ошибка в стратегии противника теперь очевидна. [32] Единственный способ разорвать неумолимую нисходящую спираль уродских, более уродских, самых уродских записи и воспроизведения – контрзапись и воспроизведение. [33] Но когда две трети мировых авторских прав находятся в руках шести корпораций, возможность перерабатывать собственные воспоминания в материальную символическую форму личного свидетельства серьёзно ограничена. Воспоминания, которые нам продают, почти никогда не принадлежат нам. [34]
Максим Карпицкий