4:44. Последний день на Земле

 

4:44 Last Day on Earth

Реж. Абель Феррара

США, 85 мин., 2011 год

 

1

Как и любое предельно искреннее высказывание (а «Последний день на Земле», пожалуй, один из самых личностных фильмов режиссера), новую ленту Феррары может быть непросто смотреть. Она то и дело становится излишне хаотичной, а режиссер, словно желая высказаться, так и не закончив фразу, тут же спешит начать следующую. В разных интервью Феррара называет свою картину то историей любви, то фильмом о наркотиках. Не случайно одной из самых запоминающихся сцен фильма оказывается сцена, в которой герой Дефо – разумеется, альтер-эго режиссера – приходит к своему брату. «Мы умирали с тех пор, как родились, – говорит тот. – Так что не принимай это все так серьезно». После чего весь их диалог можно воспринимать как разговор между Феррарой последнего десятилетия и Феррарой времен «Плохого лейтенанта», где, словно мантру, режиссер устами Дефо произносит: «Когда настанет конец света, я хочу встретить его трезвым».

Новый Феррара куда менее экспрессивен. В обсуждении своего ключевого тематического триумвирата «вера-наркотики–секс», начиная с «Отеля Новая роза» у него появляется все больше мудрости и успокоения. Кроме того, ни для кого ни секрет, что в последние годы Феррара много говорил о современных технологиях, осваивал цифровые камеры, вел собственный сайт, знакомился с новыми медиа. И каждый из этих моментов вызывал у него целую волну эмоций, что делает «Последний день на Земле» – еще и фильмом-высказыванием режиссера, наконец-то добравшегося до этого нового мира.

Именно из телевизора герои постоянно слышат о конце света. И Феррара довольно иронично показывает разные возможности телевидения: реальное – с постоянным нагнетанием, где смерть уже давно главный контент любого новостного телеканала; и воображаемое – с буддистками проповедями как вариацией того, что телевидение может говорить о мире и успокоении, и речами Альберта Гора, давно предвещавшего экологическую катастрофу. Причем единение этих полярных полюсов оказывается возможным только в последний день человечества.

С такой же тщательностью Абель Феррара подходит и к современным технологиям. Герой Уильяма Дефо постоянно общается в Скайпе, а как знак высшей благодати дает попользоваться своим ноутбуком разносчику пищи. Его дом оказывается сплошным медиа-потоком, который диктует свои требования: ждать конца света, готовиться к смерти и т.п.. Телевиденье и инернет, буквально, заменяют ему настоящие наркотики. Выйдя на балкон, герой видит сцены самоубийств, которые продолжают увиденное на плазменном экране. Оказавшись за пределами квартиры, попадает в обычный мир, где на улицах ничего не говорят о конце света и где старый добрый Нью-Йорк продолжает жить своей хаотичной жизнью.

Так история с апокалипсисом, также как и раньше история отеля «Челси» или Малберри-стрит, или всех художественных фильмов режиссера, оказывается очередным предлогом. «Последний день на Земле» играет на штампах заданной темы, но существует собственной жизнью. Феррара одновременно иронизирует над окружающим миром, где последний день ничем ни отличается от предыдущих (разносчик еды; люди, которые все так же сжигают калории в тренажерном зале), пытается найти примирение с ним (трогательные скайп-беседы, и разговоры о завязке). И, в конечном счете, задается не избитым вопросом «каким будет последний день на Земле?», а куда более пугающим: «Как будет вести себя человек, знающий, что у него нет будущего?».

Плюс ко всему Феррара, как недавно это делал Панахи, а еще раньше десятки прекрасных великих-маленьких режиссеров, создает свой фильм из ничего, в очередной раз показывая, что для того чтобы рассказать о том же апокалипсисе, не нужны ни спецэффекты, ни большие бюджеты, ни даже жанр научной фантастики. Кино – это большая иллюзия и самый прекрасный обман на свете. Это одновременно масштабная возможность эксгибиционизма, и лучший способ коммуникации. И в этом смысле все придирки вроде «почему вьетнамский мальчик работает в последний день света» кажутся такой же глупостью, как и вопрос: «почему поезд братьев Люмьер так и не выезжает из экрана?».

- Станислав Битюцкий

 

 

2

Пожалуй, даже хорошо, что Феррара все последние годы делал одни документальные фильмы: «Последний день на Земле» столь же провальное и невыносимое кино, как и прошлая его художественная подделка под Кассаветеса — «Сказки стриптиз-клуба».

Лучшее, что было присуще фильмам Феррары – живой католицизм, появляющийся в его главных фильмах, от «Безумного лейтенанта» до «Марии» — в новой картине в столь сакральный момент без внятной причины мутировал в дзен.

Выглядит «Последний день» примерно так: герой Дэфо выкидывает в окно Библию, засматривается по плазме банальнейшим выступлением Далай-ламы и делает вид, что смиренно готов принять смерть. В то время как вся жизнь на планете продолжается в том же бренном порядке, будто последний день и вовсе не приближается (новости, ток-шоу, такси). Вплоть до того, что вьетнамцы, разумеется, продолжают разносить суши, и все, что им надо в последний момент, — это поговорить с родными по Скайпу. Все это Феррара преподносит абсолютно всерьез, никакой иронии или намека на утрирование. Уместна была бы или насмешка или, наоборот, сочувствие своим героям, но у Феррары ничего подобного нет. Не случайно герой Дэфо в своем личном дневнике попросту констатирует самые общие факты происходящего (обратим внимание еще раз на название фильма). Ни переживаний, ни взгляда в прошлое, ни будущего, но и ни оголяющего чувства настоящего. Трудно воспринимать все эти скайп-анекдоты как какое-то цельное высказывание на тему конца жизни или хотя бы как злую сатиру на несущийся в никуда техногенный западный, да вообще какой угодно мир. Если Запад ничего не понимает в смерти, то в таком случае Феррара – в буддизме.

Кроме того, давно пора было признать, что Феррара никакой к черту не панк из панков, хулитель из хулителей. Он давно стал страшным обывателем: ему что последний день на Земле, что обычный календарный, особой разницы нет, когда нечего сказать. Если ты не Артур Рембо, то поиски Другого, возможно, не встревожат тебя даже в последний день жизни. Ширнуться напоследок – вот тебе и вся пустыня, вся нирвана и весь якобы нонконформизм от старого закостенелого кокаиниста. Сегодня он выкинул Библию, а завтра плазму с Далай-ламой. За этим не стоит ровным счетом никакого сакрального жеста.

Как и в откровенно дурацком (из всех возможных) романтическом конце тоже ничего нет, кроме розовой пошлости, за которую не стыдно могло бы быть разве что человеку, достигнувшему старческого блаженства уровня Гарсии Маркеса. Если это личный дневник художника, то лучше бы он его нам не показывал. Мы еще не ангелы.

Ко всему прочему «Последний день на Земле» – как очередной апокалиптический фильм-ответ «Меланхолии», само собой не выдержавший никакого сопоставления с оригиналом Фон Триера. Последуют еще картины о конце света, и сравнивать их по-прежнему будут отнюдь не с этим заурядным опусом Феррары.

 

- Сергей Дешин

 


главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject