Фильмы Пола Томаса Андерсона – не из тех, что нравятся всем. Или так: фильмы Пола Томаса Андерсона – не из тех, что нравятся. Эти фильмы, не имея намерения нравиться, берут своих зрителей чем-то другим. Максим КАРПИЦКИЙ, Артём ХЛЕБНИКОВ и Алексей ТЮТЬКИН смотрят «Битву за битву» разными глазами, но сходятся в едином мнении: фильм стоящий.
«Битва за битвой» (One Battle After Another)
Реж. Пол Томас Андерсон
США, 162 мин., 2025
Когда Пол Томас Андерсон поделился своим желанием снять очередную часть «Миссия невыполнима», и продюсеры, и большинство фанатов, кажется, восприняли его слова как шутку. Однако «Битва за битвой» наглядно демонстрирует, что один из главных «авторов» современного голливудского кино более чем комфортно чувствует себя на территории экшена без особых интеллектуальных претензий.
Несмотря на сюжетную канву, включающую противостояние революционеров и истеблишмента, представленного расистским тайным обществом «Рождественских искателей приключений» (отсылка к строке популярной песни «Я мечтаю о белом Рождестве»), не стоит от него ожидать какого-то серьёзного высказывания о «состоянии нации». «Битву за битвой» нельзя назвать ни фильмом о революции, ни фильмом-революцией, зато Полу Томасу Андерсону удаётся справиться с непростой задачей: очистить традиционный американский экшен от консервативного шлака, к которому мы так привыкли, что уже не замечаем на экране (в той же франшизе «Миссии»).
Вообще, революционный бунт в мейнстримном кино чаще всего используется в качестве сексуальной фантазии, временно объединяющей эксплуататоров с угнетёнными и дарящей первым будоражащую кровь ролевую игру, а вторым – иллюзию о реальной возможности несогласия в духе карнавала по Бахтину. Классический пример здесь – «Мечтатели» Бертолуччи, целиком замыкающийся на такой фантазии и обрывающийся едва только она завершается. Персонаж Майкла Питта даже напоминает молодую версию обрюзгшего экс-революционера в исполнении Ди Каприо. В этом отношении зачин «Битвы» кажется закономерным: обворожительная Тейяна Тейлор заставляет полковника Шона Пенна дрочить и ползать на карачках, а в роли дилдо, само собой, выступает пистолет. Дальше как будто можно не смотреть.
Ожидания оказываются обмануты: внезапно мы перемещаемся в будущее (такой приём – своего рода кинематографическая версия прерванного оргазма). Ди Каприо совсем поистрепался, да и всем остальным персонажам уже не до секса, тем не менее сюжет только ускоряется, подгоняемый музыкой Джонни Гринвуда. По счастью, действие не ограничено приключениями незадачливого папаши, пытающегося вернуть свою украденную дочь, а свободно переключается между героями, не задерживаясь ни на одном из них. Фильм Андерсона зря критикуют за однобокость женских персонажей: здесь сведены к типажам (замечательно, кстати, подобранным) абсолютно все. В утопическом мире картины присутствует неравенство, но в пределах представленной истории оно не системно, мы видим лишь крайние спектры происходящего в обществе, так что и революционеры, и «куклуксклановцы» одинаково похожи на водомерок, скользящих по глади американского мироустройства. «Хороший» горе-революционер стреляет по солдатам из винтовки, но безнадёжно мажет, а профессиональный головорез обладает неким кодексом чести и отказывается убивать ребёнка; заканчивается эта суета и вовсе трогательным семейным воссоединением.
Максим Карпицкий
(без оценки)
Новый фильм Андерсона показывает, что этого режиссёра, пожалуй, пора ценить более за странность, чем за что-либо ещё. Тем, кому в фильме режут глаз сочетание серьёзной темы с игрушечностью комикса и несуразная мешанина из жанров, нужно вспомнить, как ПТА когда-то снял престранную романтическую комедию в холодных цветах и с абстрактной вставкой посередине, или как он завершил респектабельный исторический фильм внезапной кровавой клоунадой в боулинге, или как он же превратил мелодраму про модельера в нечто вне категорий, просто добавив в сюжет ядовитых грибов. Это и есть, как мы теперь видим, типичный Пол Томас Андерсон, сочетающий трудно сочетаемое, много лет спрятанный за дурацкой репутацией нового Кубрика.
«Битва за битвой» – один из тех фильмов, что заставляют заново взглянуть на фильмографию автора и обнаружить, что всё это на самом деле уже давно было там: и специфическое чувство юмора, и холодноватый отстранённый тон, и пресловутое «смешение жанров», и трудные отношения непослушного ребёнка с отцом как ведущий мотив, и символически кастрированный мужчина как центральный герой. Тот факт, что режиссёр с подобным лоскутным и неудобным авторским почерком всё ещё держится в топе голливудского мейнстрима, не снимая «авторские» фантастические блокбастеры-однодневки, – это ценная аномалия, достойная как минимум нашего интереса.
Фильм этот не заслуживает ни славословий с гиперболами, ни бури возмущения. Скорее, констатация странности «Битвы за битвой» позволит точнее увидеть и описать то, что здесь делает Андерсон. Его противоречивые портреты активистов, которые так взбесили многих, хорошо продуманы: левые радикалы иногда выглядят комично и делают глупости, потому что живые люди именно так себя и ведут; фашистское говно изображено поверхностно и карикатурно, потому что поверхностность и карикатурность и составляет его нынешний modus operandi. Его мизансцены странным образом варьируются от лобовых до виртуозных и работают вопреки всему; его пространства – причудливо сталкивающиеся лабиринты, пустыни и комнаты допросов – ощущаются как точный слепок современности; выстроенный им сюжет – это череда опозданий, ошибок и промахов, и это тоже, похоже, сознательный выбор поперёк ожидаемого нами нарратива.
Наконец, вопросы, которые задаёт этот нарочито нескладный фильм, не так уж и просты. Можем ли мы что-то передать следующему поколению? Как наследуются (если наследуются) политические взгляды? Как выглядит надежда? (Может быть, она выглядит как Чейс Инфинити, актриса-дебютантка в главной роли?) Как превратить поражение в источник дальнейшей борьбы? Как перейти от fail к fail better – от одной битвы к следующей?
Артём Хлебников
(Диктаторам, ворам в законе и революционерам противопоказано иметь семью. Родственники далёкие и близкие – точки приложения давления, фигуры, существование которых может исказить или ослабить волю свободного человека, влияющего на людей несвободных. Дети и того пуще; чтобы не попасть в положение Кайзера Созе и И. В. Сталина и проявить высшую степень воли, тираны, воры и революционеры должны быть свободными от детей.)
Ближайшим аналогом фильма Андерсона является «Китаянка» Жан-Люка Годара: имя «Перфидия Беверли-Хиллз» мгновенно отсылает к имени «Вероника Супервьель», а уж из этой референции выпрастываются и другие параллели революционной жизни обоих фильмов. К чести американского автора, он идёт дальше, чем французский классик, показывая жизнь после революции. Показывает, иронически посмеиваясь, а иногда и заходясь гомерическим хохотом. Всё верно, Пол Томас Андерсон снова снимает комедию – «Битву за битвой» можно рассматривать даже как карикатуру на всех лиц, действующих в фильме, и это будет конгениальный фильму взгляд.
Фильм вращается по эллиптической орбите вокруг двух полюсов. Внедрить в фильм о революционерах мелодраматический сериальный троп «одна дочь – два папаши» – это ход, который уже настраивает на комедийный лад, но харáктерная игра Леонардо ди Каприо и особенно Шона Пенна не оставляет сомнений, что зрителя усадили в аттракцион и разгоняют до максимальной скорости.
Когда внезапно карусель фильма останавливается, вместе с тошнотой приходит понимание идеи, которую Пол Томас Андерсон, то планомерно, то исподволь, реализует в своих фильмах. Устраивая перед зрителем дефиле героев и героинь разной степени мудаковатости, режиссёр твёрдо заявляет – выживут только мудаки. Самые отпетые, странные, нежные, внезапные и противоречивые.
Алексей Тютькин
