Клип недели. «Rats in Ruin» All Them Witches

Автор: Олег Горяинов



В знаменитом «Письме» Гофмансталя лорд Чэндос избегает прямого объяснения адресату, философу Фрэнсису Бэкону, своего решения отказаться от литературной деятельности. Он многословен, но речевая пелена его послания с хирургической точностью вспарывает пустоту, в которую проваливаются как (прежние) смыслы, так и (обретённая) бессмыслица. Этот текст, ставший символом не столько онемения субъекта на заре XVII столетия, к эпизоду которого принадлежали вымышленно-реальные персонажи австрийского писателя, сколько кризиса идентичности периода fin du siècle, был в дальнейшем выжат множеством чутких и не очень интерпретаций. В то же время бессловесный стон, который тенью волочился за кажущейся вразумительной аргументацией, хотя и нашел немногих, кто смог его расслышать, погрузился в безмолвие забвения. Однако одному эпизоду из «Письма» выпала участь продлиться – причём случилось это благодаря опустошающе краткому образу смерти живо(тно)го. Речь идёт о встрече героя Гофмансталя с крысами.

«Я ехал шагом, копыта коня глубоко вязли во свежевспаханной земле, ничто не привлекало моего внимания, разве что вспорхнувший неподалеку перепелиный выводок, да вдали за горбатыми полями огромное закатное солнце. И вдруг перед моим внутренним взором распахнулся этот погреб, где сражался со смертью крысиный народец. Все, все было во мне: и сладковатый, острый запах яда, пропитавший промозглый воздух подземелья, и пронзительные предсмертные крики, сплетенные в судороге бессилия тела, разбивавшиеся о замшелые стены; хаос отчаяния, безумие, рыскающее в поисках выхода, глаза, полные ледяной ярости, когда двое сталкиваются у законопаченной щели».




Этой сцене удалось вырвать кризис, описанный героем, из временных координат – встреча с агонией разрушения, пожалуй, то немногое в человеческом универсуме, что говорит о плотности и прочности пустоты вневременного. Бессилие предсмертных криков – непременный спутник того, что по ту сторону историчности, то есть то, что всегда буквально перед глазами. Дело не только в запущенном этим зрелищем процессе становления (как это описали Делёз/Гваттари), но и в обретении такого тембра – голоса, речевых конструкций, скрипов тела и шороха вещей вокруг, – который напоминает о дурманящей мелодике руин. Их шелест-шёпот может вызвать в памяти медленный гитарный перебор, никогда с ним не совпадая целиком. Подобное звучание уводит за собой, несмотря на любые предостережения разума.

Не так и важно, в какой мере музыканты трио All Them Witches отдавали себе отчет, создав визуально-музыкальное полотно, через которое доносится морок всё той же пустоты вневременного, и ведали ли они о том, кто такой Гофмансталь и что случилось с лордом Чэндосом после встречи со смертью крысиного царства. Важно же то, что визуальный ряд, наследующий хаосу авангардистских сплетений, и гипнотический ритм мелодии колко напоминают о том, что агония не знает временных границ, а единственный способ её заговорить – запеть на её языке.



Олег Горяинов

25 октября 2020 года


Смотрите также в разделе «Видео»:

«Рыба» Берта Уильямса

«Структуры не выходят на улицы» Shortparis

«Анимация ДНК» Дрю Берри и Эцуко Уно

«Эпилептические припадки, 1 – 8» Уолтера Дж. Чейза

«Зелёный разум» Тоби Татума

«Rascal» RMR

«The Greatest» Sia

«Oh Pretty Woman» Гэри Мура




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2020 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject