Видео недели. «Я люблю тебя, Киев» Пыльцы

Автор: Алексей Тютькин


Клипы всегда искусственные. От самых банальных – певец с собачьим именем суёт в объектив свою распальцовку, на заднем фоне девúцы с большими афедронами трясут большими афедронами, кто-то падает в бассейн, самозванная леди с синими волосами сыплет яд в стакан своего бойфренда, Ланос дель Рей поёт на фоне звёздно-полосатого; до самых навороченных (которые некоторым синефилам почему-то казались галаадским бальзамом, панацеей для кинематографа) – с «историей», с пространственно-временными дисторсиями, с распадом изображения, образа, знака. Искусственность клипов второго направления честнее, пусть наивность первых и вводит в заблуждение: «навороченные» показывают, что они искусственны – нарочито, нарочно, с искусом искусственности, с соблазном искусства.

Как-то странно ожидать от клипов пусть не естественности, а хотя бы натуральности, и именно поэтому её проблески так пронзают. Вспоминается «Светлая камера» Ролана Барта с его понятием «пунктума» – точки, туше, укола рапиры. Казалось бы, где Барт, а где клипы, но это кажимость: популярная культура ныне насквозь мифологична, и только, наверное, лень не разрешает писать «Мифологии-2» и все последующие сиквелы. Сейчас в мифологическое поле можно выводить почти всё, так как всё искусственно, выставлено напоказ, специально выстроено, сделано на продажу.

Если не брать мифологическую «стратегию», вот связь с Бартом более «тактическая»: в «Светлой камере» он, отыскивая ноэму фотографии, пишет, что в фотографии нет самого главного кинематографического запрета – прямого взгляда в камеру. В клипах, как и в портретных фотографиях, все смотрят в камеру, иногда тыкают в неё пальцами или прелестями пневматической хирургии. А быстрая смена кадров с минимальными внутрикадровыми движениями превращает клип почти что в фотофильм. И если «пунктум» невозможно разглядеть в кино (спорный момент, который понимал и сам Барт), то в клипах он отыскивается – «пунктум» ex natura.

Однако «Пунктум» может и не отыскаться – обычное дело. Но если он отыскивается, то он ранит однозначно. Потому так интересны клипы, в которых он есть; возможно, «пунктум» столь больно скальпирует взгляд, потому что «студиум» клипа так перегружен искусственностью; может быть, он самозарождается во всём этом контролируемом культурном поле, как цветок, выросший в одиночестве.

Появление «пунктума» совершенно не зависит от знаменитости, которая поёт в клипе, от миллионов просмотров на YouTube. Он есть, причём для другого зрителя он может не быть таким ранящим. Меня, например, ранит одно мгновение клипа украинской певицы Пыльцы «Я люблю тебя, Киев» – а кто-то его не заметит и вовсе; но я всё же пойду вслед за Бартом с его не показанной никому Фотографией в Зимнем саду и, пусть это мгновение-«пунктум» вполне можно поставить на паузу, всё же не замкну его в рамках скриншота.

Начало клипа уже утомляет своей нарочитой искусственностью: модно одетая девушка, быстрая смена крупности, красные «лабутены» топчут киевский горизонт со статуей, описанной ещё Кафкой в «Америке», красные губы. Песня «Я люблю тебя, Киев» – о деньгах («Город Киéв любúт у.е.», забавная расстановка ударений, как и то, что Киев назван женихом – в отличие от курвы-Москвы, наверное) и том, что «успех не имеет цены, если ты одинок». Поток трюизмов переходит в другую тональность в припеве, в котором поётся о тяжёлой жизни человека, идущего к успеху.

В череде кадров с моментальными картинками бессилия и отчаяния, с заученными жестами, гламурными интерьерами начинает нарождаться какой-то саспенс, связанный, конечно же, не с трагедией той, кто приходит с работы, падает, обессилев, и даже не снимает боты. Это ожидание «пунктума»: вот-вот все эти культурные гримаски, подсмотренные в чужих клипах и глянцевых журналах, должны осыпаться, как хлопья ржавчины, и можно будет увидеть… нет, не пустоту (оттого-то и дрожь – а вдруг за всем этим только пустота?), а какое-то мгновение покоя.

И оно приходит. Это «пунктум», рождённый усталостью культуры, лицо покоя, затерянное среди масок, закушенных губ, наигранного истерического смеха, плотоядных улыбочек, глаз брошенного оленёнка Бэмби – усталое лицо со слепым взглядом внутрь себя.



Алексей Тютькин

22 октября 2018 года


Смотрите также в разделе «Видео»:

«The Greatest» Sia

«Oh Pretty Woman» Гэри Мура




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject