«Женщина, которая убежала». Несколько дивертисментов и яблоки по-хонсансуциански

Авторы: Мария Грибова, Дарина Поликарпова, Яна Телова



24-й фильм Хон Сан Су «Женщина, которая убежала» очередным повторенным движением превращает фильмографию корейца в своего рода «мантру беглецов». Вновь и вновь, как и раньше, актриса на экране заклинает себя фразами и действиями: безостановочно чистит яблоки от кожуры и твердит всем, что находится в бегах. Мария ГРИБОВА, Дарина ПОЛИКАРПОВА, Яна ТЕЛОВА отправляются в бесконечное путешествие вслед за героиней Ким Мин Хи, чтобы узнать, куда и от чего бегут женщины (но и не только они) в картинах Хон Сан Су. В качестве приложения к материалу вас ожидает кулинарный привет из вселенной Сан Су – рецепт «быстрой пасты».


Она гадала: придёт ли популярный философ Й. на просмотр нового фильма? Она не планировала с ним встречаться и при случайном столкновении не смогла бы придумать, что сказать, кроме нейтрального «Здравствуйте». И всё же, не испытывая никакого волнения и не слишком доверяя его теории совпадения, обрадовалась, увидев знакомый профиль в темноте, – он доказывал: всё сошлось, всё идет своим чередом.


Я выхожу из дома и точно не знаю, куда поеду. Наверное, в другом городе навещу подругу, но пока не решила, какую. Хорошо, что «сегодня» может случиться несколько раз – так не нужно обдумывать выбор. Тем более, я ведь ищу собеседника, только чтоб сообщить: этот день провожу без мужа, впервые за много лет. Совершенно одна – убежала и путешествую.

Уже несколько лет Ким Мин Хи конкурирует с Изабель Юппер за право быть самой одинокой кинематографической путешественницей. Со времён «Прямо сейчас, а не после» она как будто так и не нашла времени заехать домой. В фильмах Хона я видела её столько раз, но до сих пор кажется, что едва с ней знакома. Никогда при ней ничего «домашнего»: ни любовников, ни семьи, ни близких друзей, ни соседей. Все места, в которых её можно застать, сливаются в безграничный перевалочный пункт. В фильм она входит со стороны, между делом и ненадолго: дни проводит за столиками кафе, в салонах такси, а ночи – в отелях и на диванах у старых и новых знакомых, обещая утром незаметно ретироваться.

Писать о каком-то одном фильме Хона – как пересказывать кому-то очередную встречу с друзьями, после которой осталось приятное, но с трудом выговариваемое нежное чувство. Из семидесяти прошедших минут «Женщины, которая убежала» сейчас не вспомню ни слова, но зато приметила десяток поз, которые тонкое тело Ким принимало, расположившись среди диванных подушек. Я всё ждала, когда по соседству с ней появится кошка: у них общее «пространственное чутье» – врождённая способность заполнять собой любые пустоты, нигде не задерживаясь надолго.

В путешествии без конца лучше приостанавливать фразы союзами: «уехала, но», «встретила подругу и», «раньше не была здесь, хотя». Собеседники-собутыльники с появлением странницы Ким совершенно изменили характер: видимые встречи слишком коротки, чтоб после них устраивать долгие проводы. Следующий день не хранит ничего из вчерашнего, так что незачем тратить время на последствия застольного разговора. Это раньше у Хона случайные знакомства оборачивались пусть камерной, но историей. Но в новом фильме Ким избегает таких продолжений: мужчины в общении с женщинами слишком уж утомительны, с ними любая беседа невольно превращается в удушливые повторения любовных речей. Она же всегда мыслями с кем-то, кто с ней не поехал, предпочел остаться за кадром – с мужем, женатым любовником, режиссёром, за роман с которым пришлось поплатиться работой. Неотвеченные вопросы грозят потревожить линию горизонта, но дорога берёт своё: незнакомый ландшафт иссушает аргументы, и понимаешь, что приехала не за решением, а за его отсрочкой. Права на это тихое одиночество женщины в фильмах Хона добились не сразу, но с тех пор, как смогли, отказываются покидать побережья и темноту кинозалов.




Она терпеть не может обсуждать фильмы Хона после просмотра: говорит, что всегда чувствует себя глупо, потому что сказать совершенно нечего. Лучший диалог после такого сеанса у нее был с кинокритиком М., который, выйдя из зала, снова с ней поздоровался, забыв, что они туда заходили вместе.


Было бы неправдой назвать мужских героев Хон Сан Су хамами. И всё же в них очевидно присутствует грубость – пусть наивная и простодушная, но легко нарушающая любые дистанции отношений. Если и себе позволить подобную (только «киноведческую») бесцеремонность, превратив экзегетического режиссера в неподобный прототип всех диегетических постановщиков/писателей/профессоров, то придется признать: я не знаю, в чем уличить самого Хона. По крайней мере, имея в виду дистанции временные.

Всегда сохранявший изящность в организации темпоральных коллапсов, с преодолением рубежа «Прямо сейчас, а не после» (Jigeumeun makgo geuttaeneun tteulrida, 2015) Хон словно взял курс на окончательную дисперсию момента анаморфирования истории. Так, вопрос о том, убегало ли, помимо женщины, куда-нибудь время в фильме 2020-го года, настиг меня лишь по окончанию просмотра и не сразу отыскал подходящий ответ. Всё, что удалось найти при переборе ленных поз Ким Мин Хи и подсчете очищенных за час с небольшим хронометража яблок, – это несколько раз повторенная фраза о первом за пять лет дне, который главная героиня проводит в отдалении от мужа. Впрочем, «несколько раз» – не совсем точно: героиня повторяет её трижды, таким образом посвящая в идиллически-макабрические отношения брака каждую из навещаемых приятельниц. И не было бы в её рассказе ничего подозрительного, если бы встречи происходили в течение одних суток или фильмический универсум Хона включал в себя бинарность правды фактов и выдумки обмана. Но 24-я работа очевидно содержит больше 24-х сюжетных часов, а универсум, как известно, составлен из «потенций ложного». Потому мантра «сегодня я провожу первый день без мужа» – не женская хитрость, но хрупкий ключ для завода метаморфизирующих часов, под бой которых персонажи незаметно выпадают из одной ленты, переносятся в другую, застревают в промежуточном положении между ними.

Твердя мантру, я понимаю, что, отражаясь, она сама зависает между иными повторениями – тирадами мужчины, редкого в утомленном маскулинностью мире «Женщины, которая…», и упрёками в предсказуемости и заученности, которые этому же мужчине адресуют героиня вместе со знакомой. Первые ловко изъяты из фильма, и об их натужности известно лишь от вторых, дублирующихся слово в слово. «В тебе нет искренности» – упрёки, направленные против молчащего оратора и его отсутствующих тирад, звучат как догмы, достоверности которых почему-то тоже не достает непритворности. Значит, дело не в словах, способных вбирать ещё требующую доказательства мужскую лукавость или сговорщическую женскую проницательность, но в глухих промежутках между ними. На эти пробелы и умолчания можно наводить свои зумы и осуществлять отъезды, распознавая, например, что, чем чаще героиня говорит про первый день без мужа, тем более эфемерной кажется его фигура и одновременно тем более плотной становится история без фабулы. В пробелы не умещаются рассказы, зато западают события.

Её в Ким Мин Хи волнуют такие незначительные детали, что должно быть стыдно. Вторую встречу с подругой она, например, совершенно прослушала, потому что пыталась поймать момент, когда станет ясно: что на Ким – широкие брюки или длинная юбка?




И снова стало ясно: для кинематографа Хон Сан Су такие дефиниции как реальность и вымысел, явь и сон, ложь и правда, первое и второе, конечно, неприменимы. Его творчество не подразумевает поиск границ и расшифровок, напротив, оно растворяет и размывает всё то, за что я могла бы цепляться, если бы была не подготовлена или настроена скептически. Поиск среди миллиона рассыпанных совпадений тех крупиц, что пересекались бы с внефильмической жизнью Хона, и последующий анализ его работ в сравнении с названными им любимыми Чеховым, Достоевским и Сезанном практически всегда обречены на провал, потому что, как ни крути, мы видим ровно столько, сколько нам дозволено. «Я честна ровно настолько, насколько позволяю себе», – подтверждает мою догадку подвыпившая героиня одного из ранних фильмов Хон Сан Су «Женщина на пляже» (Haebyeonui yeoin, 2006).

Режиссер позволяет героям называться разными именами, выбирать себе хобби и профессии, скрывать возраст и вкусовые пристрастия, иметь большой багаж невероятных для одного дня жизненных неурядиц и много путешествовать, но никогда его актер не оказывается всего лишь актером, примеряющим очередной прописанный в сценарии образ. Герой переносит страдания и любовные впечатления из фильма в фильм, иногда забирая с собой собак («Женщина на пляже», «Вращающиеся ворота»), отели у воды («В другой стране», «Ночью у моря одна», «Отель у реки»), полюбившиеся блюда корейской кухни: овощной суп («Ночью у моря одна»), мясо на гриле и пасту с оливками, очищенное и порезанное яблоко («Женщина, которая убежала»), огненный суп с фасолевыми ростками («Женщина на пляже»), куриную кашу («Вращающиеся ворота»), банановое молоко («Прямо сейчас, а не после»), соджу (любой фильм).

В «Женщине, которая убежала» (Domangchin yeoja, 2020) Хон Сан Су по-прежнему верен ложному и не таясь раскрывает один из возможных путей прошлого своей героини. Если в «Ночью у моря одна» (Bamui haebyunaeseo honja, 2016) у героини Ким Мин Хи были длинные, иногда заплетенные в две косички, прямые черные волосы, то после возвращения в знакомый с детства городок, в «Женщине, которая убежала» давняя подруга обязательно поинтересуется, давно ли та подстриглась и посетует на невосполнимость потери локонов, вежливо не обратив внимания на неизменность темного драпового пальто девушки.

Герои Хона – люди, бегущие из Сеула с той же стремительностью, с какой мы все порой пытаемся избежать надвигающегося цунами из обязательств. И потому тот «загородный» мир, свидетелем которого оказывается зритель, словно и правда тонет в той самой перманентной реверберации, упомянутой однажды самим режиссёром в интервью для Cinema Scope. Соприкасаясь, вымысел и явь перестают существовать, рождая нечто новое, сочетающее в себе приз(р/н)аки обоих родителей, что позволяет говорить о сновидческом и автобиографическом одновременно. «Всё это произошло так быстро, как будто я был одержим», – завершает свое пребывание на курорте режиссёр Ким в «Женщине на пляже». Для того, чтобы покинуть любой из фильмов Хона, необходимо вернуться в реальный мир, всегда длящийся параллельно, но никогда прямо не заявляющий о себе. Камера долго удерживает скучающий взгляд на уходящем вдаль силуэте, но рано или поздно она вынуждена с ним расставаться, заменяя горькие слезы на ободряющие титры, обещающие после завершения новое начало.




Если вы не ожидали гостей, а они решили нагрянуть внезапно, то удобнее всего сразу занять их едой. После того, как визитер уже ступил на порог вашего дома, у вас не так много времени для выбора блюд, а если он всюду приходит с собственными ингредиентами (вроде сырого мяса из гастрономической лавки), то вариантов и вовсе практически нет.

Для того, чтобы приготовить «быструю пасту» вам потребуется:

- все мясо, принесенное гостем

- белое вино (желательно, тоже принесенное гостем)

- немного спагетти

- оливки, напоминающие орешки

- соль и перец по вкусу

- хороший напор воды

Мелко порежьте мясо и потушите вместе с солью и перцем на сковородке. Пока оно готовится, налейте в кастрюлю воды и дождитесь появления пузырьков. После этого легким движением руки забросьте порцию спагетти и оставьте на 10 минут. Выключив плиту, на которой варились макароны, смело встречайте гостя и развлекайте его рассказами о своей судьбе – но ровно до тех пор, пока гость не почует запах горелого. В этот момент «вспомните» об оставленном мясе и сломя голову бегите его «спасать». Огненно-горячую сковородку бросайте в раковину и заливайте мощной струей холодной воды. Через пару минут ваш быстрый обед готов. Осталось лишь выложить готовые элементы блюда на тарелку и открыть бутылку белого вина.

Если ваш гость не насытился первым кулинарным изыском, то его точно покорит популярный десерт на скорую руку – очищенное яблоко. Выбирайте самые спелые и сочные яблоки на фруктовом рынке и, хорошенько вымыв их, выкладывайте на тарелку вместе с небольшим ножом. Важно, чтобы процесс готовки всегда был в пределах видимости гостя, поэтому не забудьте вынести тарелку в зал. Яблоко возьмите в руки и медленно очистите от кожуры, сопровождая процесс ненавязчивыми вопросами о жизни посетившего вас. Когда яблоко будет полностью избавлено от кожуры, порежьте его на небольшие дольки и избавьте от внутренностей. Поначалу ваш гость будет отказываться от угощения, ссылаясь на плотный обед, однако вскоре он соблазнится аппетитным видом яблока и протянет руку за кусочком.

Поздравляю, вы великолепны!


Мария Грибова, Дарина Поликарпова, Яна Телова

27 августа 2020 года




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2020 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject