Здравствуй! Давно не виделись...

Автор: Юлия Коваленко

alt


Синьити Миякава (Shin’ichi Miyakawa) – японский режиссер, живет и снимает в Токио. Его дебютная лента «Отвязаться» вышла в 1998 году. На сегодняшний день на счету Миякавы четыре фильма. Все они сняты практически на заднем дворе своего дома и преимущественно на 8-мм пленку. Работы Миякавы – это его личные воспоминания и переживания, в которых вытесняемая цифровыми технологиями пленка оказывается тесно связанной с его детством. Эти фильмы почти не покидают пределов Японии – исключение составила картина «Озеро», попавшая в 2014 году в программу кинофестиваля в Йиглаве. И о них почти еще ничего не сказано в мировой критике. Cineticle впервые публикует статью об этом удивительном режиссере. Таким образом, мы начинаем неделю Синьити Миякавы, для которой Юлия КОВАЛЕНКО сумела отыскать все фильмы Миякавы, а также связаться с ним лично.


Режиссер отправляет другому режиссеру видеописьмо с приглашением к кино-корреспонденции. В ответ приходит короткое видеосообщение с благодарностью и деликатным отказом в силу нехватки времени. На что режиссер готовит еще одно видеописьмо, в котором делится своими занятными размышлениями о кино. Никакого ответа. Затем он снимает еще одно видеописьмо, затем еще и еще, посвящая их чему угодно – от детских воспоминаний, до прогулок по городу. В одном видеосообщении режиссер направляет камеру в небо и держит долгий-долгий кадр. «Я трачу редкую на сегодня 8-мм пленку на такой долгий кадр, потому что надеюсь, что птицы будут в нем пролетать от одного края к другому», – звучит голос режиссера за кадром. Ироничный, почти издевательский эпизод дополняется в следующем видеописьме историей про бывшую работу режиссера механиком в кинотеатре. Раньше он был ответственен за показы с пленки. Но сейчас пленка никому не нужна, его должность сократили. А все видеописьма, снятые на пленку и посылаемые другому режиссеру, вовсе остаются без ответа.

Для Синьити Миякавы уход пленки оказывается неразрывно связанным с собственным опытом и жизненными периодами. Ленты, которые открывали для юного Синьити огромный мир кино, или первая личная 8-мм камера – уменьшающаяся под напором дигитализации востребованность таких вещей для Миякавы становится самим свидетельством течения времени. В его маленьких картинах пленка сама по себе связывает режиссера с его прошлым. И вместе с тем проявляет нарастающую необходимость двигаться дальше, жертвуя для этого своими привязанностями и воспоминаниями. Пленка для Миякавы становится способом вести рассказ о движении времени, а сами фильмы – местом общения.


***


Будь то фильм о своих же киносъемках, лента о возлюбленной или видео-переписка с другим режиссером – эти картины наполнены переживанием прошлого. Дебютная короткометражка «Отвязаться» (1998) начинается кадрами, в которых мама Синьити рассматривает его изображения на 8-мм пленке. Заканчивается же сценой, в которой Миякава несколько раз пытается убежать со двора дома, но с каждой попыткой вновь оказывается у его порога. В итоге режиссер передает камеру матери, а сам уходит с катушкой в руках, разматывая за собой пленку. Через пятнадцать лет в своем самом большом на сегодняшний день сорокаминутном фильме «Озеро» (2013) Миякава повторит попытку оставить пленку – на этот раз символически погибнув и следом переродившись в буквальном смысле из экрана. После чего, в последних кадрах, вновь вернется к старенькой 8-мм камере.


alt

Кадр из фильма «Отвязаться»


При этом режиссер нередко иронизирует по поводу такой своей привязанности, сравнивая ее с неспособностью повзрослеть. Например, тот же «Отвязаться» Миякава посвящает неудачной попытке снять фильм про поиск родительского дома. Режиссер снимает панораму, открывающуюся из окна его квартиры, поднимается на смотровую площадку Токийской башни и даже на вершину горы Цукубы – но все равно не может найти дом родителей. Вскоре эти поиски прерываются записью телефонного разговора с девушкой Синьити, в ходе которого выясняется, что над режиссером уже посмеиваются соседи из-за его необычных съемок. «Синьити, брось, наконец, заниматься глупостями!» – в какой-то момент прозвучит эхом голос не то матери, не то девушки режиссера.

Нечто подобное встречается в следующей ленте Миякавы «Я – тот, кто определяет твою одну секунду» (2001). Снимая фильм о любимой девушке, режиссер очень скоро приостанавливается и объясняет, что съемки шли очень тяжело. Ради фильма пара решила начать жить вместе, но камера только портила их отношения. Поэтому Синьити пришлось продолжить работу над фильмом уже в доме матери, где он заново переживает свои воспоминания из детства. «Первой, кого я снял на 8-мм камеру, была мама», – сразу вспомнит режиссер. Так история о любви к девушке продолжилась осмыслением своего прошлого и размышлением о природе кино, его способности оживлять воспоминания и вплетать их в современную действительность.

Похожим образом кино становилось местом личного опыта прошлого и для Наоми Кавасе. Старые домашние пленки служили для нее путем поиска своей идентичности. Так, записывая бабушку Уно, режиссер старалась навсегда сохранить ее в памяти и проявить ее след в своей жизни. В некоторой степени пленки Миякавы – тоже своеобразный поиск идентичности и попытка удержать воспоминания. Но вместе с тем его фильмы будто зависают между прошлым и настоящим. Переживания из-за ухода пленки, как огромной части личной жизни, в фильмах Миякавы сопрягаются с ощущением забвения, которое приносит дигитализация и глобализация. Может быть, именно поэтому привязанность режиссера к пленке порой становится почти зацикленностью. В «Я – тот, кто определяет твою одну секунду» в одной из сцен Миякава обклеивает весь фасад родительского дома распечатанным на фотобумаге кадром из своего фильма. Камера долго вглядывается в обклеенные стены – вдруг несколько листков сменяются следующим кадром, затем еще несколько, и постепенно весь дом превращается в движущуюся ленту, на которой запечатлен сам режиссер, бегающий по кругу.


alt

Кадр из фильма «Отвязаться»


Фильмы Миякавы и вправду подчас напоминают такую невозможность вырваться из замкнутого круга. Снимая на пленку, режиссер почти прослыл чудаком среди соседей, рассорился с девушкой и уменьшил вероятность попадания своих фильмов на большие экраны. Но вместе с тем именно пленка остается для него способом говорить о своих воспоминаниях, фантазировать и признаваться в любви. Одна из наиболее ироничных и в то же время лиричных картин Миякавы – «Я – тот, кто определяет твою одну секунду» – заканчивается кадрами, в которых Синьити репетирует со своей девушкой возвращение в их общую квартиру. После длительных размышлений о пленке и воспоминаний в родительском доме эти несколько финальных минут сами по себе кажутся очень теплым любовным посланием. Здесь пленка, тесно связывающая режиссера с его прошлым, становится своеобразным путем, ведущим к возлюбленной.


***


Снимая ленты буквально на заднем дворе своего дома, Миякава каждый раз создает маленькое, почти дневниковое эссе, которое продолжает начатый им давно рассказ. Беззвучная семейная хроника, прогулка солнечным ветреным днем, старые детские коллекции чего угодно или просто запуск воздушного змея. Его пленки – часто ироничные и нежные – одновременно полны легкой меланхолии. С ходом времени все меняется, забвению предаются некогда очень важные и дорогие вещи. Но обнаруживая своими фильмами ускользающее прошлое, режиссеру удается представлять скоротечность времени как самое человеческое по своей природе явление. Ушедшее прошлое в этих лентах – не камень, безвозвратно затерявшийся где-то на дне глубокого озера. А, скорее, то, к чему можно бесконечно возвращаться – в своих воспоминаниях или даже в вымыслах. Притом, возможно, именно воображение для Миякавы становится мостом к прошлому в неменьшей степени, чем пленка.


alt

Кадр из фильма «Озеро»


В одном из видеописем в «Озере» Миякава вспоминает, как в юности приходил к водоему и смотрел на него целыми днями. Однажды он чуть не утонул в нем и с тех пор не возвращался сюда, пока не решил снять этот фильм. В это время на экране возникает один из самых ироничных кадров – гладь озера вдруг нарушается и из воды выныривает рука, держащая камеру. Сравнивая таким образом свое кино с этим небольшим водоемом и одновременно подшучивая над самой очевидностью такой параллели, Миякава все же создает по большей мере грустный фильм о личной борьбе с забвением. В своих безответных видеописьмах к другому режиссеру он рассказывает о том, как это озеро недавно было испорчено построенным водоспуском. Сооружение отрезало озеро от океана, чтобы контролировать уровень соли в воде, и теперь в водоеме нередко гибнет рыба и цветут водоросли. Насколько история с озером отличается от того, что в кино переживает пленка? «Хотя я не хочу сказать, что водоспуск плох», – спешит добавить режиссер. Дальше Миякава сымитирует свою гибель, якобы утонув в этом самом водоеме, чтобы заново переродиться в смешной и нелепой сцене, где он буквально сходит с проекционного экрана. Может быть, теперь режиссер сможет отвязаться от пленки и оказаться по ту сторону водоспуска – у огромного океана? Но тут за кадром Миякава заявляет, что все происходившее до этого на экране – выдумка. В фильмах режиссера вымысел, с помощью которого можно говорить о прошлом и о течении времени, способен противостоять забвению. И если пленка постепенно вытесняется цифрой, то воображение, в конечном счете, может быть свободным от любых ограничений. Вымысел снимает для Миякавы необходимость выбирать между пленкой и цифрой, между прошлым и настоящим.


alt

Кадр из фильма «Озеро»


Когда-то на вопрос «Зачем и для кого вы снимаете кино?» Апичатпонг Веерасетакул ответил ставшей затем расхожей фразой: «Это форма терапии для самого себя. Это мой способ связи с людьми и миром; если бы я не мог снимать кино, я бы позволил себе исчезнуть, ничего не удержав в памяти». Каждое видеописьмо, которое Миякава в «Озере» отправлял другому режиссеру в тщетной надежде на ответ, начиналось фразой «Здравствуй! Давно не виделись...». Суета, в какой-то степени подогреваемая той же дигитализацией, оставляет все меньше времени на самую обычную искреннюю переписку или разговор ни о чем. Но кино само по себе становится местом общения. И фильмы Миякавы – замечательный тому пример. Вовсе не обязательно быть знакомым с тем, кому хочешь рассказать о своей жизни или поделиться какими-то взглядами. И вовсе не обязательно получать ответы на свои послания, чтобы продолжать общаться. Какой-то очень далекий незнакомец может стать другом, с которым просто «давно не виделись». Ленты Миякавы становятся не столько данью пленке, столько личным способом говорить о времени и об окружающей действительности, способом общаться и находить друзей. Быть может, нечто подобное относится и к самой синефилии? В последних минутах «Озера» режиссер берет старую 8-мм камеру, на которую двадцать лет назад снимал шумные проспекты Токио, и через пустынные улицы ночного города отправляется к тому самому водоему, хоть он теперь и зарос водорослями.




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject