10 лучших режиссеров новой Америки

1.

Антонио Кампос

Антонио Кампосу 29 лет, на его счету с десяток короткометражек, два полнометражных фильма и статус одного из самых интересных молодых режиссеров по обе стороны Атлантики. Кампоса можно называть вундеркиндом от кино. Он начал снимать с малых лет. В 13, соврав, что ему 16, поступил на подростковую программу Нью-йоркской киноакадемии. В 22 победил в программе Cinefondation Каннского кинофестиваля (к/м «Девственность на продажу»). Кампос одержим современностью, и сегодня, пожалуй, как никто другой умеет говорить о ней. При этом он имеет свои счеты с ней и не скрывает своих эгоистических побуждений. Свой дебютный фильм «Выпускники» он называет автобиографичным, за исключением момента со смертью школьниц. «Саймона-убийцу» – путешествием в темные уголки своего сознания. Кампос с детства воспитывался на европейском и инди-кино и его фильмы имеют множество подобных отсылок. Кампос восхищается Кубриком, и словно переосмысливая некоторые из его приемов, добавляет к ним частичку человеческой души. Но если Кубрик говорил о подавляемой сексуальности, то Антонио Кампос, будучи частью нового времени, – о сегодняшней сексуальной свободе и незащищенности перед новейшими технологиями. Его фильмы тяжело трактовать. Они открыты к полемике и побуждают ее. Но в то же время благодаря своей искренности и автобиографичности – лишены какой-либо спекулятивности. Совместно со своими друзьями Шоном Даркином и Джошом Мондом, Кампос основал компанию Borderline Films, которая занимается продюсированием их фильмов и фильмов их коллег.

 

2.

Аарон Катц

Одним из самых талантливых, авантюрных и непонятных героев новой американской волны является Аарон Катц. Он много смотрит кино, он поклонник Гаса Ван Сента, Вирасетакула, Уита Стилмана, французских триллеров 50-х, американских боевиков 80-х. Он с детства снимал собственные короткометражки, позже учился в школе искусств в Северной Каролине с еще одним из лидеров молодого американского кино Джеффом Николсом. Свои два первых полнометражных фильма «Танцевальная вечеринка» и «Тихий город» Катц, как и положено, снимал с друзьями при карманном бюджете в 2000$. Перед «Тихим городом» у Катца был 120-страничный сценарий, но на съемочной площадке все было решено снимать со слов актеров – так зарождался стиль поколения. Если темой ровесников Катца часто становятся фильмы о самих себе, построенные на приколах или длинных разговорах, то особенность таких режиссеров, как Катц или братья Дюплас в том, что небрежность и простоту жизни они смешивают с игрой в жанровое кино. Этим Катц способен напомнить Годара 60-х. Особо хочется отметить последний фильм Катца «Холодную погода» – зрелое и непредсказуемое кино.

 

3.

Эван Глоделл

Глоделл – очень важный пример для нового поколения кинематографистов. Гик, дилетант, фанат, красавец, он способен вдохновлять уже своей биографией. Он с самого начала знал, что кино – это его выбор, и готов был ставить на него все. Продавать имущество, подрабатывать на клипах, тренироваться на фильмах друзей, если нужно, собственными силами изобретать огнеметы, собирать 9-килограммовую камеру из деталей старых самолетов и даже проклятый автомобиль Медуза, на котором он и рассекает в своем фильме-визитке «Беллфлауер».

«Беллфлауер» – грубое энергичное молодежное кино о парнях-изобретателях, их пламенных воинственных фантазиях, влюбленности, сексуальности.

«Беллфлауер» – это новые «Бешенные псы», это опасный сигнал, что 90-е с их культом агрессии и насилия могут вернуться, это подсказка, что история кино развивается по спирали, и мода на меланхолию и полутона все же может рано или поздно выдохнуться.

Еще одна важная историческая ремарка. Если многие картины прошлого года всячески поднимали тему конца света, то Глоделл в своем дебюте мыслит сразу постапокалиптическими ситуациями. Значит, надежда есть!

 

4.

Рональд Бронштейн

Можно ли полюбить режиссера всего за один фильм? Безусловно. Особенно если речь идет о «Печали земли» (2007) Рональда Бронштейна – невротической урбанистической арабеске в духе «вселенского одиночества маленьких людей». Большинство фанатов нового независимого американского кино знают Бронштейна как соавтора и актера уже почти культового «Длинноногого папочки» братьев Бена и Джошуа Сафди. Кроме того, в старой доброй традиции американского инди, Бронштейн за честное слово помогает на съемках своих друзей. Фирменным почерком Бронштейна является попытка зафиксировать причину печали, внутренней борьбы со своим прошлым и настоящим, конфликт между взрослым телом и детским наивным мировосприятием. Часто такая борьба кажется комической, но режиссер знает, когда надо прекратить черный юмор (а какой же еще может быть в таких ситуациях?) и наконец-то начать vivre sa vie. В таких попытках Рональд Бронштейн уязвим вдвойне. В его работе неизбежно присутствуют как внешняя критика, всегда оперирующая стереотипами правильной жизни, так и внутренняя саморефлексия, которая подталкивает автора/героя к духовному пробуждению. И сегодня хочется надеяться, что Бронштейн все же не проснется, а останется таким же искренним и непосредственным в своих последующих фильмах и жизненных ролях.

 

5.

Эндрю Буджалски

Духовный лидер и идеолог движения Mumblcore. Буджалски называет своим героем Джона Кассаветиса и снимает на пленку кино, состоящее из трех плоскостей: отношения, личное, наблюдение. Так Буджалски, лучший из своего поколения мастер диалогов, создает герметические миры, которые населяют его друзья, знакомые и он сам. В его фильмах есть легкость Вуди Аллена и ирония Олтмена, меланхолия американского инди и печаль Кассеветиса. Буджалски любит повседневное и игру на контрастах. Его дебютный фильм «Смешно ха-ха» был прекрасной комедией об отношениях, которые дали крах. Следующий фильм – «Взаимопонимание» – оказывался грустной историей о зарождении чувств. А «Beeswax» – рассказом о двух сестрах, ввязавшихся в юридические распри. Во всех этих фильмах, как и положено для Mumblcore, практически ничего не происходит. Но их очарование, как и в фильмах Эрика Ромера, заключено в возможности улавливать все связи и тонкости, скроенные из слов, взглядов, жестов и полутонов.

 

6.

Джефф Николс

Джефф Николс со своим третьим фильмом «Грязь» был одним из пяти американских режиссеров в основном конкурсе последнего Каннского фестиваля, что можно воспринимать как его выход в высшую лигу авторского кино. Картина 33-летнего Николса – романтическая история, происходящая в долине Миссисипи и заряженная историей Тома Сойера и Гекльберри Финна. В фильме были задействованы звезды Риз Уизерспун и Мэттью МакКонахи. Картина была показана в последний день фестиваля, поэтому осталась почти незамеченной и мало прибавила к растущей репутации Джеффа Николса.

Событием же прошлого года в кино одноэтажной Америки был предыдущий фильм Николса «Укрытие». История о строителе, семьянине, отце глухой девочки, который смастерил у себя во дворе бункер, так как ему казалось, что скоро наступит конец света. По ходу фильма конец света несколько раз наступал в его голове, но в итоге становилось понятно, что разницы-то особо и нет, и мир вокруг может быть всего лишь солипсическим экстазом.

Сегодня Николса как-то натянуто сравнивают с Маликом, Кубриком и Хичкоком. Пускай в его фильмах и не происходит ничего нового, но после них, по крайней мере, более внимательно смотришь на мир вокруг.

 

7.

Кавех Захеди

Прекрасный и безумный аутсайдер американского инди, Захеди – это одновременно пример и живая карикатура на настоящего независимого режиссера-интелектуала. Он изучал философию в престижном университете, как Малик. Выглядит печально, как Гаррель. Он одержим кино, как Годар (будучи в Париже в поисках денег, Захеди позвонил ему в 3 часа ночи, чем разозлил мэтра). Хотел плевать на любые законы документалистики, как Уоткинс, и постоянно находится в поисках денег на съемки своих картин. Главное оружие Захеди – это самоирония и рефлексия. Каждый его фильм – возможность под новым углом взглянуть на личную биографию. Так, самым показательным примером его метода является фильм «Я сексуальный наркоман», где Захеди рассуждает о своей секуальной зависимости. Здесь 45-летний режиссер играет себя в 23-летнем возрасте (что только подчеркивает его любовь к абсурдизму). В одной из самых запоминающихся сцен он спокойно прерывает повествование, выходит из кадра и начинает убеждать актрису (известную порномодель) сыграть довольно откровенную сцену. Согласно одной из легенд, после премьеры фильма от Захеди ушла жена и отвернулись многие знакомые. Однако в этом и есть весь Кавех Захеди – большой талант и грустный гений, который каждым своим фильмом ставит на карту все с одной лишь целью – снять фильм, как возможность разобраться в себе.

 

8.

Мэттью Портерфилд

Дебютный фильм Портерфилда, «Гамильтон», был практически незамечен. Последующий за ним, «Боги метала», так и не доснят из-за проблем с финансированием. Однако его вторая картина – «Патти Хилл» – став настоящим откровением, позволила всем заново открыть этого молодого режиссера. Портерфилд и вправду представляет новое поколение кинематографистов. Своими героями он называет Педро Кошту и Лисандро Алонсо, двух трендовых режиссеров, не так давно почивших 00-х. Портерфилд также совмещает документальное и игровое, отдавая предпочтение первому. Работает с непрофессиональными актерами (в основном, с подростками), которых находит в окрестностях своего родного Балтимора. Но главное, он пытается расширить возможности киноязыка. Так, в его фильмах молодые люди рассказывают непридуманные истории о себе, проживают на экране свои маленькие жизни. А Портерфильд, не скрывая своего участия в фильме, то и дело выступает в качестве интервьюера, который за кадром задает множество вопросов, позволяющих его героям разобраться в себе и своем отношении с окружающим их миром (что, впрочем, можно сказать и о самом режиссере).

 

9.

Джулия Локтев

Фильм уроженки Ленинграда Джулии Локтев «День Ночь День Ночь» с одной стороны тенденциозен, в нем можно встретить модные визуальные решения, почерпнутые с современного французского кино. Его тема остросоциальная и удачно дополняет другие фильмы террористической эпохи - от немецких фильмов о RAF, японских фильмах об URA до картин «Рай сейчас» Абу-Ассада и «Хадевейх» Дюмона. Но есть в картине Локтев нечто совершенно небывалое, неповторимое и живое. Героиня картины проходит курс террориста-камикадзе, ее обвешивают взрывчаткой и отправляют в пестрый современный Нью-Йорк. Она идет сквозь толпу, неся на себе громадную энергию разрушения. Она ищет момент для атаки и вдыхает воздух, как в последний раз. Время замедляется, взрыв может произойти в любой момент…

Локтев достала макгаффин-бомбу из-под стола, саспенс на вид оказался обжигающим и разжижающим. Такое короткое расстояние до смерти наделило фильм особым экзистенциальным ароматом. Осторожные анонимные мужики-террористы оказались лишь отвлекающим маневром, лишь политическим уровнем фильма, в котором не решается никаких задач. Фильм о жизни как случайности сделал саму жизнь одновременно легкой и бесценной.

На сегодняшний день Джулия Локтев сняла еще один фильм «Самая одинокая планета» с Гаэлем Гарсия Берналем, немного раньше на ее счету были документальные работы, например, фильм «Момент удара» – драма о ее собственной семье.

 

10.

Шон Даркин

Шон Даркин один из тех режиссеров, которые или внушают доверие своему поколению, или отвергают его на всю жизнь. Громкий полнометражный дебют «Марта Марси Мэй Марлен» подтвердил этот тезис, заставив публику разделиться на два фронта. Первые восприняли фильм как остро-социальную философскую критику в сочетании с гениальной монтажной и операторской работой. Вторые – как очередную санденсовскую однодневку, которую вскоре забудут. Однако и те, и другие указывали на блестящий перформанс Элизабет Олсен, подрастающей иконы нового инди. Так или иначе, появление Даркина как надежды американского киноренессанса было совсем не случайным. Именно он выступил продюсером агрессивной ленты Антонио Кампоса «Выпускники» (2008), где также доминируют подростки как свидетели и медиумы современной культурной картины мира. Даркин, как и Кампос, очень тонко улавливает волны цивилизации, безжалостной к индивидуальным надеждам и мечтаниям, но открытой для любых манипуляций. Именно этот конфликт оказывается в эпицентре творческого метода Шона Даркина, который работает точно и безжалостно. Он так же, как и Михаэль Ханеке, далек от сочувствия к своим персонажам. Иногда кажется, что пунктуальный метод Даркина прямо противоположен теме исследования, чувству потерянности и фрагментарности современного человека. Но затем приходит понимание, что за этим стоит простое желание режиссера получить опору в современной реальности. Стоит ли говорить, что творчество прекрасно исполняет эту роль вот уже не одно столетие.

 

Станислав Битюцкий, Олександр Телюк, Максим Карповец


font-size: xx-large;

p style=p style=p style=


главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject