Терренс Малик. Пустоши (Badlands)

Автор: Станислав Лукьянов

 

Реж. Терренс Малик

США, 94 мин., 1973 год

 

Терренс Малик, сын сотрудника нефтяной компании, изучавший в университете философию, в 1974 году дебютировал фильмом «Пустоши» («Бесплодные земли»), рассказавшем реальную историю серийного убийцы Чарльза Старкуэзера. В 1957 году он скитался по Америке со своей молодой подругой Кэрил Фьюгейт и убил одиннадцать человек. Насилием пропитана вся культура США, страны поголовно вооруженной, основавшей свою государственность винчестером и кольтом. Образ мужчины, застывшего в ожидании предстоящей перестрелки с широко расставленными ногами и чуть развернутым вправо торсом, моментально узнаваем в любой стране мира. Вестерн, гангстерский фильм, фильм-нуар – жанры, с блеском использующие страх зрителя перед физическим и психологическим насилием, страх за свою жизнь и жизнь близких людей. Но и в сугубо жанровых работах фигура преступника – это не только безжалостный, наводящий ужас убийца. Кинематографисты всегда подчеркивают в нем отщепенца, человека, составляющего угрозу нормальной общественной жизни. И этот образ человека, выпавшего из общественных норм и связей, перекати-поля с блеском реализовал в своем фильме Малик, слив воедино исследование американской мечты об успехе с философским взглядом на природу неконтролируемого насилия.
Малик – не первый американский режиссер, обратившийся к этим темам. В 1950 году, за 7 лет до убийств Старкуэзера постановщик малобюджетных фильмов Джозеф Х. Льюис снимает культовый нуар «Без ума от оружия», известный также как "Deadly Is the Female". Его герои, молодая парочка Барт и Лори, осуществляют серию ограблений. Но Льюис превращает рассказ для субботнего чтения в стремительную историю сексуальной зависимости и самообмана. Барт и Лори, в начале картины сотрудники ярмарочного балагана, выступающие с опасными трюками, бунтуют против своего хозяина. Неуживчивость характеров – мягкотелость Барта и стремление к доминированию Лори – превращает их жизни в череду ограблений, ссор и моральной деградации. Антигерои погружаются в пучину личного безумия и находят свой конец на болоте, словно загнанные звери. Льюис делает акцент именно на внутреннем состоянии убийц. «Без ума от оружия» – по большому счету лав-стори. Америка в этом фильме показана как страна с упорядоченной общественной жизнью и традициями. В прото-нуаре Фрица Ланга «Ты живешь только раз» (1937) на путь преступлений бывшего заключенного Эдди и его адвокатшу Джоан толкает общественная жесткость и стечение обстоятельств, судьба героев вызывает у нас сочувствие. Льюис практически отклоняет возможное негативное влияние общества, сводит историю преступления к психопатологии.
В 1967 году выходят сразу два значительных фильма, посвященных реально существовавшим убийцам-любителям. «Бонни и Клайд» Артура Пенна погремел в прокате. Образы грабителей банков, созданные нервными красавцами Уорреном Битти и Фей Данауэй, вошли в киномифологию и арсенал молодежной культуры, стали символами 60-х, влияли на манеру одеваться и вести себя. Пенн проецировал эпоху Великой Депрессии на нездоровье экономики конца 60-х. Бонни и Клайд – беспутные дети опустившегося общества, жестокие и обаятельные. Но движет ими стремление красиво пожить, пусть и недолго. Пенн не сильно ставил акцент на моральном облике пижонистых героев, их психологических проблемах. В центре картины – ураганная сила молодости, любыми путями пробивающая себе дорогу в жизни и изрешеченная пулеметными очередями с красивыми судорогами умирания в замедленном падении. «Бонни и Клайд» – скорее злая и актуальная сатира, чем серьезное исследование.
Мрачный, гнетущий, черно-белый, сопровождаемый нервной джазовой музыкой Куинси Джонса фильм «Хладнокровное убийство» Ричарда Брукса поставлен по бестселлеру Трумена Капоте. Двое освободившихся тридцатилетних уголовников по наводке сокамерника грабят семью состоятельного фермера. Но мифического сейфа в эру банковских расчетов в доме не оказалось. Обозленные неудачей парни (один из них – ветеран войны в Корее) убивают родителей и двух их детей-школьников. У Брукса получился и репортаж о преступлении, и анализ его истоков. В каждом кадре чувствуется, что жизнь общества незримо пропитана культом оружия, силы и денег. Убийцы оказываются выходцами из неблагополучных семей. Общий культ успеха требует от каждого члена общества приложить все силы вне зависимости от реальных возможностей. И высоко заданная планка уничтожает остатки разума. Много экранизировавший пьесы Тенесси Уильямса, Брукс увидел в главных героях романа Капоте схожих персонажей. Они не другие, их история – точно такая же изнанка американской мечты. Просто итогом столь бездумных устремлений становятся не алкоголизм, разрушенные карьеры и выжженные семейные связи, а окровавленные трупы, жалкая добыча, преследование полиции и виселица.
В «Пустошах», как и в фильме Брукса, Малик создает глобальный образ Америки. Страны бесконечных шоссе,  маленьких городков с придорожными забегаловками, выжженных степей и ослепительно синего неба с белоснежными облаками. Первые переселенцы жили в границах линии фронтира, обозначавшей предел их возможностей. Самая богатая страна мира, Америка 50-х, кажется, не имеет границ, она охватывает весь земной шар, пульсируя и расширяясь от пыльной улочки на окраине в самый космос. Малик взял на главные роли трех знаковых актеров Голливуда 70-х, охотно шедших на эксперименты. Актеры, игравшие убийц у Брукса, были фантастически похожи на свои прототипы. Их быдловатые лица и нехорошие взгляды, подчеркнутые контрастным освещением, уже с первых кадров несут угрозу. Мартин Шин (Кит) и Сисси Спейсек (Холли) никак не могут быть соотнесены с Старкуэзером и Фьюгейт, судя по полицейской фотографии являвшимися типичными представителями рабочего класса Среднего Запада. Нервный, худенький Шин, действительно похожий на кумира реального убийцы актера Джеймса Дина. Подростковая угловатость, удивленный взгляд и роскошные рыжие волосы аутичной красавицы Спейсек. Герой вестернов, донжуанистый щетинистый Оутс тоже, думаю, далек от настоящего отца Чарльза. Малик не только интерпретирует историю двадцатилетней давности, но и вписывает ее в коды Америки 70-х, где властвовал герой-невротик. 
У дебюта Малика чувствуются сильный привкус «новой волны», которая, в свою очередь, испытала влияние американского кино. Годар создавал своих обезумевших от оружия Бонни и Клайдов в «На последнем дыхании» (1959) и «Безумном Пьеро» (1965). Американцу нет нужды в подобном заимствовании из чужой культуры. От Годара Малик берет методы деконструирования реальности на элементы, становящиеся уже не деталями, как у Брукса, а символами Америки. Автомобиль, джинсовая куртка, разделительная полоса шоссе, шляпы полицейских. Между Годаром и Эдвардом Хопером в «Пустошах» разворачивается история наивной школьницы, сбежавшей со своим первым возлюбленным, уволенным мусорщиком, ставшим убийцей ее непреклонного отца. Ее монолог и хрупкий голос будут сопровождать историю до самого финала. И словно годаровские Безумный Пьеро и Марианна, они уходят от цивилизации в летнюю негу лесов и рек. «Пустоши» делят мир не только на богатых и бедных, преступников и добропорядочных граждан. Малик углубляет историю визуальной мощью природных ландшафтов, магией рассказов популярного у хиппи знаменитого отшельника Генри Дэвида Торо. Прячущаяся от закона парочка попадает в идеальный, пасторальный, сказочный мир, откуда их извлекают охотники за объявленной за их головы наградой. И вот еще три трупа.
Медитативная интонация фильма об убийствах полностью отражает стремление Малика сделать главенствующими успокаивающие природные ритмы; это чувствуется и в подборе неторопливых музыкальных тем. Напряжение, создаваемое общественным культом успеха, выражено в сутулой фигурке Кита, его понуром беспокойном взгляде. Холли, словно индианка, смотрит на все широко открытыми глазами. Но в конце концов усталость от сцен насилия и бесприютная жизнь берут верх в ее душе. И здесь дороги главных героев расходятся. Кит, захваченный полицейскими, получает свои 15 минут славы, о которой так грезил. Словно рок-звезда, только закованная в цепи и наручники, он раздает стражам порядка сувениры и отвечает на их вопросы. Так Малик снял фильм о пестуемой обществом жестокости и неотрефлексированности поступков на все-таки конечных жизненных путях. В этой трансцендентной саге гибнут жизни и пробуждается разум. Дебют Малика ценен именно этим новым словом, новым видением в изложении такой традиционной американской истории. «Ловушка» (1993) Джоста, «Прирожденные убийцы» (1994) Стоуна или «Слон» (2003) Ван Сента не были бы возможны без этого фильма.


главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject