Дайджест августа


Делириум (Delirium)

Реж. Игорь Подольчак

Украина, Чехия 100 мин. 2012 год


«Делириум» – второй фильм Игоря Подольчака, в прошлом известного украинского живописца и создателя концептуального хулиганского проекта «Фонд Мазоха».  Это психологический детектив, точнее анти-детектив, поскольку вся его интрига постепенно тает и теряется в когнитивных процессах персонажей.

Молодой психиатр-юнгианец подселяется к буржуазной семье, пытаясь подпольно помочь ей разобраться с ее психологическими травмами и расстройствами. Психиатр действует подобно детективу, пытаясь понять, кто его сюда вызвал и что происходит со склонным к суициду отцом семейства. Но в какой-то момент вся интрига этого поиска растворяется в душевных болезнях семьи, а персонажи как будто превращаются в лунатиков и начинают меняться телами.

Сюжетной архитектурой «Делириум» напоминает ранние фильмы Алена Рене, вниманием к деталям – поздние картины Луиса Бунюэля, а перегруженным визуальным стилем – некоторые работы Александра Сокурова.

Но в то же время «Делириум» – герметичное произведение, и узнавание кино-аллюзий фактически не помогает понять его должным образом. Немного больше проясняет связи фильма его литературный первоисточник – повесть Дмитрия Белянского «Индуктор». Но «Делириум» идет дальше, математически умножая структуру «Индуктора», завязывая ее на узел виде знака бесконечности или «ленты Мёбиуса».

Возможно, именно поэтому в фильме Подольчака не стоит искать стабильные и твердые отгадки. «Делириум» создан скорее для эмоций и игры свободных интерпретаций. Этот фильм выглядит белой вороной в контексте как фестивального, так и коммерческого или украинского кино. Сам режиссер называет свой фильм «музейным кино». Не случайно, «Делириум» постигла не очень удачная фестивальная судьба. Если дебютный фильм Подольчака «Менины» принимал участие в конкурсе Роттердамского кинофестиваля, то премьера «Делириума» состоялась на не самом престижном фестивале в Порту. Но в такой участи есть момент восстания против модных фестивальных тенденций, которые сам режиссер осуждает, называя антропологическими. (Олександр Телюк)




Только бог простит (Only God Forgives)

Реж. Николас Виндинг Рефн

Франция, Таиланд, США, 90 мин., 2013 год


В разные годы в Каннах освистывали и джармушевского «Мертвеца» и «Вход в пустоту» Гаспара Ноэ  - и все за пресловутую претенциозность. Невольно подумаешь, что опус Рефна оказался в показательной компании. При этом, восторги по поводу прошлого фильма датчанина – «Драйв» – уже тогда выглядели излишними (тем более каннский приз за режиссуру). Тогда перед нами был не более чем милый гиковский фильм, который, кажется, не особо и заслуживал столь эмоционального критического отзыва, удостоенного Тарантино. На этот раз каннские снобы оказались чересчур принципиальными в противоположном - в своем свисте. Но если это и неудача Рефна, то она, безусловно, интересней его удачи с «Драйвом».

«Только бог простит» - из тех формальных экспериментов, скорее даже аудиовизуального искусства, который требует больше внимания и чутья от зрителя. Смелость Рефна как раз в том, что он явно упивался своим мнимым творческим кризисом, снимая эту греческую трагедию в неоновом Бангкоке. Он не соблюдает никаких принятых современных фестивальных понятий о киноязыке или форме, и на полном серьезе делает свой фильм за гранью вкуса. Греческая трагедия в стиле медитативного комикса или даже паназиатского спагетти-вестерна. И то что фильм посвящен Алехандро Ходоровскому - тоже неслучайно и показательно: латинский маг всегда снимал свое кино вразрез общественных понятий и течений.

С другой стороны, Рефн не заслуживает высоких похвал только за одно это намерение сделать strained pulp вопреки всем приличиям и условно хорошему вкусу. Его очередная игра в чистую форму немного сыровата, нарочито претенциозна и не всегда убедительна в своем псевдо-бессознательном развитии истории. Но главная проблема фильма все же не в этом. Картина Рефна напрочь лишена любого намека на самоиронию автора, и это её и губит. Без юмора исчезает чувство дистанции, как писал Брехт. Показательный пример здесь – «Стокер» корейца Пак Чхан-ука, в котором было идеальное сочетание между юмором и игрой в форму. Но ирония в том, что фильм Пака полностью провалился в прокате, а «Только бог простит», кажется, имеет все шансы на культовость. (Сергей Дёшин)




Заклятие (The Conjuring)

Реж. Джеймс Ван

США, 112 мин., 2013 год


Есть три причины, почему «Заклятие» – важный фильм, о котором необходимо говорить.

1. Это Джеймс Ван, который сегодня, наряду с Ти Уэстом, является одним из самым интересных хоррор-режиссеров США. Как и Уэст, Ван сделал многое для жанра, оставаясь при этом формально автором фильмов категории B. Как и эзотерические режиссеры Золотого Голливуда, Ван, работая на давно открытых землях, умудряется находить там неизведанные тропы, каждая из которых могла бы носить его имя.

2. «Заклятие» – это фильм в духе 70-х, сделанный режиссером, не забывающем в каком времени он живет. Так, Вану мало одной стилизации. Относясь с большим пиететом к истории (визуальная стилистика, настроение фильмов того периода и кино-остылки), он делает тот же дерзкий ход, что и Бонелло в «Аполлониде»: вставляет в фильм элементы другой эпохи. Причем вместо музыки у Вана подобным «инородным» телом оказывается работа с камерой. Кроме того, Ван не использует спец-эффектов или большого обилия крови и насилия. Его фильм, являясь по-настоящему страшным, не только пугает, но и рассказывает историю. А «страшное» здесь не столько в действии, сколько в его предвкушении. В этом смысле, Ван кажется прилежным учеником не только Кубрика, но и Хичкока. Еще из особенностей стиля Вана отмечаем его трепетное отношение к своими персонажам; довольно редкое сегодня исследование вопросов веры; экономная режиссура; загадочная страсть к куклам (они появляются в трех из четырех его фильмов) и регулярное обращение к одной и той же теме с домом с призраками как возможности последующих поисков.

3. «Заклятие» по завязке перекликается с первым сезоном «Американской истории ужасов». Это сравнение позволяет порассуждать о противостоянии кино и сериалов. Так можно резюмировать, к примеру, что «Заклятие», являясь, в общем-то, не лучшим фильмом Джеймса Вана – пример того, чего сериалам никогда не достичь. Речь идет об экономности и взвешенности в рассказывании истории и свободе интерпретаций. Вот только маленький пример: сериалы хвалят за то, что они дают возможность раскрыть все характеры героев и перипетии сюжета. Но так ли это необходимо? В «Заклятии» нам рассказывают о героях лишь самую малость – в остальном же мы имеем право рассчитывать только на наше воображение. «Заклятие», с его черными дырами в сюжете, открыто ко множеству трактовок, «Американская история…» – каждой новой серией отрицает подобное. Т.е. если перефразировать это, то герои сериала так и норовят стать членами нашей семьи, герои фильма же – не скрывают, что остаются только попутчиками в некоем кинопутешествии. Первое – выглядит ложью, которая удобна всем, второе – кажется довольно честным соглашением. (Станислав Битюцкий)




Киногид извращенца: Идеология (The Pervert's Guide to Ideology)

Реж. Софи Файнс.

Великобритания, Ирландия, 136 мин., 2012


Новый фильм о психоаналитических трактовках киноклассики от популярного философа Славоя Жижека ждали многие: от академических поклонников философских извращений до юных неомарксистов. Однако все, что их ждет после фильма – как минимум, недоумение. Жижек снова продолжает искать в мейнстриме и классических хитах скрытые желания, авторитарную логику капитализма и всевозможное зло, которое превращает людей в бездумных марионеток постмодернистского мира. Все это прекрасно, но до того неоднозначно, что вызывает скорее раздражение. Когда Жижек начинает очередной раз сморкаться, повторяя по десятому кругу перекрученного до неузнаваемости Маркса («а действительно ли Титаник продырявил айсберг, а не латентные желания Запада?») или повторяет как мантру «желание желать» – его хочется просто убить. Дело даже не в вопросе: «можно ли верить критику кока-колы, который обожает кока-колу?», а в том, что все это превращается в жуткий зеркальный спектакль одного актера. Кроме того, выбор фильмов для «психоаналитического сеанса» оказывается еще слабее, чем это было в первом «Киногиде», который смотрится сегодня практически как идеальный фильм. Понятно, что многие критики Жижека давно с этим разобрались, но на уровне серьезной документалистики подобное выглядит уже чем-то неуместным (в этом смысле куда лучше смотреть того же Ричарда Докинза). Впрочем, следует отметить, что Софи Файнс сделала все верно на уровне режиссуры, и о чем ей следует задуматься в дальнейшем, так это героях своих будущих картин. В современном мире хватает интересных персонажей – от Джудит Батлер до Ханса-Ульриха Гумбрехта. Другое дело, что Жижек очень выгодный герой «общества спектакля», в чем тоже прослеживается бесспорная логика капитализма. (Максим Карповец)




Повелитель лавин (Prince Avalanche)

Реж. Дэвид Гордон Грин

США, 94 мин., 2013 год


«Повелитель лавин» Дэвида Гордона Грина – это римейк исландского фильма двухгодичной давности. Грин очень скурпулезно подошел к повторной экранизации ленты, практически слово в слово воспроизведя диалоги и выстроив идентичные сцены. В «Повелителе лавин» точно указано время и место действия – лето 1988, Техасские выжженные леса, и это нужно для внутренней атмосферы и возможности проникнуться эстетикой тех лет. Элвин (Пол Радд) и Лэнс (Эмиль Хирш) под звуки рок-музыки 80-х, звучащей из разбитого магнитофона, перекрашивают дорожную разметку на бесконечной проселочной дороге. Лэнс – 25-летний инфантильный бабник, который на каждые выходные сбегает в родной город на местную дискотеку. Элвин влюблён в старшую сестру Лэнса, хранит верность, перечитывает письма возлюбленной и регулярно отсылает ей заработанные деньги. Дальше следует совместное пьянство, немного драк,  футбол на полянке и ночные разговоры в палатке. Как итог: плохой парень становится немного лучше, хороший парень – чуть развязней. Однако эта задушевная бадди-комедия вряд ли достигнет культового статуса того же «Ананасового экспресса» или фильмов Аппатоу, с которым Грин успел поработать. Одна из главных проблем фильма – экономность, и даже обделенность, во всем: от затраченных средств до художественной составляющей. Ее герои правдивы, но скучны в своей обыденности. Подобное можно было бы сказать и о самом фильме. И если это скромное инди – своеобразное возвращение к истокам для  режиссера, то возможно ему, действительно, стоило и дальше оставаться на не менее знакомом поле мэйнстрима. (Наталья Серебрякова)




Собутыльники (Drinking Buddies)

Реж. Джо Сванберг

США, 90 мин., 2013 год


Drinking Buddies это даже не фильм, это целый жанр современного кино, вроде давно устоявшихся buddy cop или guy-cry. Другими словами, этот жанр можно назвать «дринксплуатейшн» и провозгласить его благородным королем корейца Хон Сансу, а дешевой изнанкой – твердолобые экземпляры «нового русского кино».

Особенности жанра очевидны: начинающийся средний возраст, встреча бывших одноклассников или нынешних коллег и их скучное алкогольное восстание против засасывающей пролетарской монотонности. Алкоголь – душевный антисептик и стол как картезианская модель. В мире, где запрещены наркотики, святые глупости связанные с алко-приключениями всегда умиляют инфантильным хамством и чувством легкого фола. Более того, в таких этюдах часто получается находить экзистенциальную широту, хотя с тем же успехом ее лучше искать, например, в фильмах с Адамом Сэндлером.

Также дринксплуатейшн легко делить на субжанры: виски-эксплуатейшн, in kino veritas, или пивное кино. К последнему как раз и относятся «Собутыльники» американского стахановца «мамблкор»-поколения Джо Сванберга.

Еще Базен писал, что нет смысла показывать в кино секс и смерть, ну не может кино предоставить зрителю адекватного им чувственного эквивалента. С алкоголем, конечно, попроще, фильмы не редко пьянят и сбивают с толку. Но к такому кино точно не относится фильм «Собутыльники», душевная банальность которого понравится разве что зрителям, которым не достает личных барных посиделок под романтическим соусом.

В общем, вместо того, чтобы смотреть «Собутыльников», лучше сходите в кабак. (Олександр Телюк)




Учитель (A Teacher)

Реж. Ханна Фиделль

США, 75 мин., 2013 год


Сандэнс – прекрасная площадка для независимых дебютов. Другое дело, что очень часто инди-дебюты похожи между собой как две капли воды. Работа Ханны Фиделль продолжает неизменную традицию камерных жизненных историй, с обязательной трагической концовкой. В этот раз перед нами история любви школьной учительницы Дайаны (филигранная работа Линдсей Бердж) к ученику старшего класса Эрику (Уилл Бритейн) в предместье Техаса со всеми соответствующими декорациями. Любовники тайно встречаются в машине подростка, но однажды они решают выехать за город в небольшой дом отца Эрика, где их едва не ловят с поличным. После этого Дайана начинает жутко нервничать, переживая за свою роботу и жизнь, но еще больше – о моральной стороне ее отношений с учеником. Вскоре она окончательно теряет контрольно над собой.

Фильм Ханны Фиделль очень умело отходит от клише и стереотипов жанра, отсылая при этом к картине Ричарда Эйра «Скандальный дневник». Так в «Учителе» идет речь не столько о табуированных отношениях, сколько о невозможности сопротивляться собственному безумию и влечению, беспомощности отдельной личности перед хаосом чувств и любовных наваждений. Фиделль очень грамотно расставляет акценты: здесь и хорошая закадровая музыка, и уместная нервная камера, что еще больше погружает нас в мир Дайаны. Может быть, еще рано говорить об авторском голосе Ханны Фиделль, но ждать новых перформансов от Линдсей Бердж все же стоит. (Максим Карповец)




Акт убийства (The Act of Killing)

Реж. Джошуа Оппенгеймер

Дания, Норвегия, 115 мин., 2012 год


Джошуа Оппенгеймер – поистине герой нашего времени, и недаром его фильм занимает самые верхние позиции всех инди-топов этого года. Это режиссер, который заставил реальных убийц снять на камеру их собственные преступления. Персонажи его документального фильма – настоящие гангстеры, убивавшие коммунистов в Индонезии в середине 60-х после прихода к власти военного диктатора Сухарто. Узнав, что про них хотят снять фильм, бывшие палачи и головорезы настолько вдохновились идеей, что с радостью сами взялись за дело. Измазавшись в бутафорской крови, они с удовольствием демонстрируют, как правильно  душить проволокой и пересказывают все пытки, которые применялись против коммунистов. При этом, в фильме то и дело повторяются сцены, когда они просят Оппенгеймера переснять кадр: «Мы выглядим слишком кровожадными. Это негативный имидж для нашего государства». Так «Акт убийства» становится не только документом эпохи, но и важным разоблачением, сделанным по неожиданному согласию всех сторон. Не случайно, спродюсировавший фильм Вернер Херцог, заявил после увиденного: «Это самое грандиозное из всего, что я когда-либо видел». (Наталья Серебрякова)




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject