Беллфлауэр

Автор: Станислав Битюцкий


Bellflower

Реж. Эван Глоделл

США, 106 мин., 2011 год



Американский независимый кинематограф переживает новый рассвет. Кампос, Даркин, Бронштейн, Сэфди, Катц, Буджалски и вот теперь и Эван Глоделл. Последнего Cahiers du Cinema уже сравнивает с Орсоном Уэллсом. И с поправкой на современность это кажется очень важным родством. Глоделл, как и Уэллс, сам сыграл в своем дебютном фильме, написал сценарий и изобрел стиль и технические средства, позволяющие воплотить все задуманное. Но главное – Глоделл создал очередной прецедент, показав что в сегодняшнем рациональном мире еще есть место большим безумцам и мифам, окружающим их. Последнее может прозвучать несколько патетично, но судите сами: для съемок своего фильма Глоделл сам смастерил камеру; собрал друзей-единомышленников; ради финансирования фильма, продал все свое имущество; жил в заброшенном крыле офисного здания, чтобы только не платить за аренду; и на съемки фильма потратил три года своей жизни. Все было поставлено на карту и то, что вышло, без лишней скромности, хочется называть одним из самых прекрасных дебютов последних лет.

«Беллфлауэр» – это пример мультижанрового произведения. На него тяжело навесить какой-либо ярлык. Он сложно поддается описанию. История болезненных отношений? История двух друзей, живущих на задворках Лос-Анджелеса и грезящих апокалиптичным миром «Безумного Макса»? История разочарования или даже новый гимн поколения? Все это имеет место, но все это ровным счетом ничего не говорит о самом фильме. Также как и тот факт, что «Беллфлауэр» состоит из множества клишированных моментов, которые мы тысячи раз видели в инди-кино, но которые у Эвана Глоделла подаются с такой неподдельной искренностью, что забываешь обо всем.

«Беллфлауэр» имеет два ключевых слоя, за которыми припрятаны еще множество скрытых сокровищ. Первый – зрительный. Так как это очень жесткий, насыщенный насилием и его предвкушением фильм. Второй – личностный, где есть традиционная мамблкор-составляющая, есть история о несбывшихся надеждах и уязвленном самолюбии, есть интимная история, которую режиссер снял после собственной любовной драмы. «Беллфлауэр» можно воспринимать как написанный его автором дневник, а можно видеть в нем рефлексию на пройденный путь. Все действие здесь разбито на главы, а сам фильм состоит из двух равноправных частей: воспоминание о любви и переживание ее потери. В каждой из них Глоделл меняет перспективу своего отношения со зрителем. В начале тому отдана сторона наблюдателя, с возможностью вместе с героем вспомнить несколько самых ярких моментов зарождающейся любовной истории – знакомство, безумное путешествие в Техас, первый опыт совместных ночей. Глоделл строит эту часть по лекалам стандартной мелодрамы или даже молодежной комедии, которая начинается, правда, открытой отсылкой к «Без ума от оружия» Джозефа Х. Льюиса. С Льюисом у Глоделла действительно хватает параллелей. Так главный герой знакомится с девушкой на соревновании в местном баре (возможно даже показательно, что у Льюиса это соревнования по стрельбе, у Глоделла – по поеданию кузнечиков). Между ними вспыхивает симпатия, и их отношения становятся возможностью убежать от реальности, что в конечном счете приводит к жестокому возмездию от этой самой реальности и выходом наружу женского вероломства.

Однако во второй части фильма все в корне меняется. Глоделл снова использует киноклише в своих собственных целях. Он прибегает к метафоре катастрофы, где разбитое сердце героя визуализируется в страшные последствия автомобильной аварии. Причем все это напоминает уже вывернутую наизнанку историю о девушке, брошенной парнем. Только вместо девушки здесь мужчина, а сама история скорее является развенчанием мифа маскулинности. Именно с этого места зритель оказывается участником происходящего. Никакого стороннего наблюдения – только физический опыт. Главный герой фильма, которого играет сам Глоделл, впадает в безумие и паранойю, и связь между настоящим и вымыслом теряет какую-либо грань. Именно вторая, крайне атмосферная, часть и оказывается проверкой на прочность. Для режиссера и его зрителя, для самой истории и ее героев. От романтики Глоделл переходит к драме. От светло-оранжевого изображения – к горячим и раскаленным тонам. Время, которое казалось подарком свыше, здесь превращается в целую вечность. А камерная история становится масштабной драмой о самоуничтожении.

За всем этим, впрочем, оказывается и еще один очень важный пласт. «Беллфлауэр» – это действительно фильм нового поколения, снятого им, о нем и для него. Здесь персонажи – хипстеры; изображение – максимально приближено к стилистике lomo-фотографии или приложения istagram. Здесь все совершенно естественно и нет никаких режиссерских попыток играть на чужой территории. Например, когда мы говорим о важной выверенности Ван Сента в «Слоне» и «Параноид Парк», все равно остается понимание, что это кино о других и что режиссер умышленно или нет, но дистанцируется от своих героев. Глоделл же снимает о себе и, будучи частью мира, показанного им на экране, непроизвольно говорит и о своем окружении. Ему не нужно никаких исследований или подготовок, предлогов или заигрываний. Его герои живут на задворках города грез, фантазирует о мире, уничтоженном ядерным взрывом. Вынашивают страшные планы мести, но так и не решаются ничего сделать, чтобы изменить свою жизнь. Они ностальгируют по детству и отказываются взрослеть. В свои тридцать создают клубы по интересам, но так и не знают, как приспособиться к миру взрослых. Их личная трагедия – это трагедия вселенского масштаба, их прошлое – это телевиденье и массовая культура. Глоделл одновременно симпатизирует своим героям, и находит повод для критики. То ли невзначай, то ли нет, он проговаривает скрытый подтекст о важности внешности в новой культуре. Так, самой страшной местью здесь оказывается татуировка на лице, одним из финальных лозунгов-фантазий: «Мы отправимся в путешествие и будем круты и красивы», плюс уже упомянутая телесная трансформация, как часть внутренней травмы, и зацикленность самого Глоделла на визуальной составляющей его фильма. Эпоха индивидуализации требует своих жертв. Внешность, увлечения – оказываются возможностью поверить в уникальность, которой больше не существует. Нежелание существовать по правилам становится трагедией и удачей. И «Беллфлауэр» – очень показательный слепок этого времени: несовершенный и противоречивый, варварский и циничный, меланхоличный и пронизанный тоской по миру, которого уже никогда не вернешь – ни сам, ни с помощью Лорда Гумунгуса.




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject