Выживший



Выживший (The Revenant)

Реж. Алехандро Гонсалес Иньярриту

США, 156 мин., 2015 год


1


Информационный шум вокруг «Выжившего», кажется, возвращает нас обратно, к началу рождения кино. Еще немного и поезд сойдет с экрана, распугивая наивных зрителей, а ДиКаприо на костылях, с завшивевшей бородой, испуская густое облако холодного пара, придет на оскаровскую церемонию. На самом деле нет – Лео сам лично не плыл много миль по реке, уносимый бурным течением. Старый добрый эффект Кулешова – Лео в воде, план на реку с вертолета и вот мы уже стискиваем кулачки. Или нет, не стискиваем? Так где она, магия кино? Явно не в отчетах о том, как Лео блевал сырой бизоньей печенью. Анонсируемый как поставленный по реальным событиям, «Выживший» – практически ремейк фильма «Человек диких прерий» (1971) Сарафьяна. Лео еще не было на свете, а истерзанный медведем Ричард Харрис полз по заснеженным лесам и равнинам, отгонял волков, шил меховые одежды у костра. Сарафьян, впрочем, тоже не избежал той же ловушки, что и Иньярриту – нельзя просто так взять и поставить историю о мести (Клинт, ты слышишь меня?). Надо обязательно нагрузить ее размышлениями о семье, боге, мире вокруг. Иньярриту эксплуатирует индейцев похлеще американских колонистов – теперь они не представители гордых племен, а персонажи второго плана, вызванные, словно официанты, ассистировать ДиКаприо в борьбе с расистом Тома Харди. При этом визуально фильм снят изумительно. Оставим в стороне восхищение гуттаперчивостью Любецки, все это свойства широкоугольного объектива, увеличивающего расстояния и придающего кадру объем (выкрутите дверной глазок и вы сможете точно также парить над собственной квартирой). Но сама среда где действуют герои передана необычайно реалистично – приглушенные цвета, отовсюду веет холодом и сыростью, безжалостный мир запечатлен на экране. И из всего этого великолепия торчат пластмассовые ребра сценария – борьба за мир во всем мире, огрызки политкорректности, заплаты из Терренса Малика. Двух с половиной часовой фильм стоило бы урезать до полутора часов – но зачем? У нас есть великолепная «Схватка» (2011) Карнахана, где за Нисона, преследуемого волками, действительно страшно, где гибнут люди, а не статисты, где снег обжигает. (Станислав Лукьянов)




2


В отрочестве меня поразила сцена из какого-то рассказа Джека Лондона: белое безмолвие, деревья трещат от мороза, собаки накормлены лососевой икрой, погонщик сидит у костра и меняет мокрые носки на сухие. Меня удивляла эта казавшаяся мне лихой храбрость – сидеть на сорокаградусном морозе и менять носки. Несколько позже я понял логику этого жеста, в котором нет ни капли лихости, а также узнал, за какое время прогорает костёр из веток толщиной в палец, какой на вкус «Гематоген» и каково это, провалившись по шею под озёрный лёд, выбраться на берег и бежать несколько километров домой, похрустывая одеждой, которая на морозе становится словно целлофановой.

Иньярриту снял почти микс-экранизацию «Графа Монте-Кристо» и «Повести о настоящем человеке» (помните ли вы, какого цвета было мясо ёжика, съеденного Мересьевым?), удивительный фильм, всё впечатление от которого можно выразить одним словом: фальшак. Грандиозный, громоздящий одну фальшь на другую фальшаковский фальшак. Я смотрел его, осклабившись: такая мина на лице бывает, когда видишь, как в фильмах с грохотом детской погремушки падает на бетон пистолет калибра 9 мм, когда тафгай, стреляя из автоматического оружия, при каждом выстреле закрывает глаза, как дешёвым стоном из переозвученной немцами венгерской порнушки изображает удовольствие кинозвезда с вечным перманентом.

Вот что-то стряслось. Трапперы бегут с ружьями наперевес и вдруг восклицают: «Тут медвежата! Медвежата!» Это восклицание скорее к лицу девушке -надцати лет, не знающей, какую милоту ей ещё лайкнуть в фейсбуке, чем промёрзшим насквозь мужикам, которые убивают всё, что шевелится и покрыто мехом. Да и бородач Гласс, за минуту до того, как увидел медвежьих детёнышей, выставляет ружьё перед собой, словно эфбеэровец, входящий в тёмную комнату, в которой афроамериканские бегунки взвешивают уголь. Это эффектно, это саспенсово – и это полнейший идиотизм, который, я уверен, не был присущ трапперам, потому что означающее «медвежата» намертво связано с означаемым «медведица», а это значит, что нужно бежать во весь опор, а не выцеливать, помавая ружьём, как метлой.

Я не буду подробно разбирать все сцены, в которых нет никакой логики существования, – их множество, но при просмотре некоторых хочется просто взвыть от глупости происходящего на экране. Вот человек, еле-еле согревшийся у костерка, избитый и изломанный медведицей, прыгает в одежде в ледяную воду, вылавливает рыбу и, стоя прямо по пояс в воде, ест её (поедание сашими и сырой печени уже записали в огромное актёрское достижение ДиКаприо; интересно, догадывается ли он о существовании сгущённой подслащенной крови). Эта краткая сцена убила бы даже тщательно и бережно выстроенный в соответствии с реальностью фильм, но «Выживший» продолжает разрывать себя на куски. Остаётся пара сцен, чтоб разрушиться наверняка: 1) Гласс выходит к стае волков, заваливших бизона; 2) Гласс прыгает со скалы на ёлку в стиле Рэмбо.

Мелькает подозрение: а не приквел ли это приквела «Терминатора»? Вроде что-то такое металлически блеснуло под вспоротой кожей Гласса, когда медведица его ломала и полосовала (и даже стала лапой на голову), а после ещё и упала на него с высоты. Впрочем, показалось; да и медведица была какая-то хлипкая – трёхсоткилограммовую тушку (я привёл массу самой поджарой медведицы) три траппера перевернули буквально за четверть минуты. Делов-то – медведица слегка изломала, заткнём все раны тряпками и порядок. А вот враг Гласса, Фитцжеральд, получив пулевое ранение в плечо, ампутацию пальцев руки, ранение тесаком в брюшную полость и удар топориком в грудь, долго и натужно борясь с Глассом в партере, мгновенно умирает от маленького ножичка (индейская магия, не иначе), успев визуально эффектно умастить снег своей кровью.

Кинематограф – такое искусство, в котором даже самая огромная выдумка выглядит на экране настоящей, и в то же время кино не выносит мельчайшей фальши, которую чувствуешь, сличая её с важными вещами, вынутыми из своего собственного опыта. И никакие контраргументы о духовности истории не срабатывают, так как истории почти нет, а считать, например, духовной сцену в разрушенной церкви (индейский сын Гласса идёт по воде) у меня не получается. Может, если Иньярриту снял бы фантастический фильм с розовыми танками или синелицыми инопланетянами, можно было бы отбояриться, прикрывшись авторским вúдением, которое козырем бьёт все вопросы о логике, механике и физике. Но «Выжившего» тянули в две разные стороны желание натурализма и желание «сделать красиво» (подсчитайте кадры, в который Любецки снимает против солнца, – это уже болезненный синдром какой-то), и в конце концов фильм лопнул по шву.

Не хочу гадать, наградят ли киноакадемики «Оскаром» г-на ДиКаприо, но искренне надеюсь, что съёмки в «Выжившем» не наградили его простатитом. (Алексей Тютькин)




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject