О насилии

Авторы: Станислав Битюцкий, Юлия Коваленко



Concerning Violence

Реж. Горан Олссон

Швеция, 78 мин., 2014 год



1


Горан Олссон называет свой фильм умышленно упрощенной трактовкой Фанона – комиксом, говорящим на доступном каждому языке. Среди источников вдохновения – «Апокалипсис сегодня» (возможно, самый грандиозный неосознанный блокбастер о колониализме) и фильмы Жан-Люка Годара. Фаноновские цитаты, появляющиеся крупными буквами на экране, дублируются закадровым голосом. Изображение визуализирует слово. Но там, где Фанон много говорит о насилии как последней возможности угнетенных добиваться своего, Олссон тактично показывает его причины и следствия.


2


От шведской семейной пары, заставляющей местных жителей менять свои традиции на христианские, до португальского истребителя, запугивающего жителей Мозамбика и демонстрирующего беспомощность освободительного движения ФРЕЛИМО, – при колониализме насилие становится самой структурой социального. И показывать одно лишь физическое насилие, в которое неизбежно вылилась борьба угнетенных, – значит преуменьшать преступность колонизаторского режима. Олссон это хорошо понимает. Один из эпизодов фильма посвящен интервью с доктором наук из Родезии, в котором тот рассказывает о своем аресте и о пытках, применяемых к заключенным. Тюрьма в колонизированных странах – лишь одно из институциональных воплощений угнетения, расистского отношения к аборигену как к объекту. «Когда я вышел из тюрьмы, я не чувствовал особенного возбуждения — я продолжал себя чувствовать будто в тюрьме». Фильм Олссона лишен романтизированной борьбы за свободу во имя свободы – речь идет о борьбе против установившейся тюрьмы, порождающей чудовищные правила.


3


Олссон шутит, что после предыдущего фильма «Хроники движения “Власть черным” 1967-1975» обратиться к Фанону было весьма логично. Эта лента, также построенная на хронике, рассказывала о борьбе чернокожих американцев за свои права. «О насилии» выходит за национальные или территориальные рамки. На наших глазах фильм о борьбе за независимость Африки – через слова и постулаты Фанона – становится фильмом о любой стране, имеющей свою постколониальную травму. Даже здесь в Украине мы можем находить в «О насилии» множество вопросов о нашей истории или современности: от Майдана до последующего прихода к власти буржуазной интеллигенции, которая, по Фанону, «имеет психологию лавочника, а не крупного предпринимателя» (читай, готова быть посредником «между», но не инициировать развитие страны).


4


Нового концепта нет – постколониальная травма все еще открыта и у нее все еще нет решения. Олссон признается, что отказался от современных съемок сознательно, желая избежать узкого соотнесения с локальными актуальными политическими проблемами и спекуляциями. Вместо этого архивные кадры в его фильме ретроспективно свидетельствуют о том, что прочная граница между сытым Западом и изгоями третьего мира продолжает существовать и по сей день – вопреки освободительным войнам и вопреки солидарности западных интеллектуалов.


5


Фильм «О насилии» невыгоден никому. Он задает вопросы, которые СМИ либо замалчивают, либо пытаются использовать в целях национальной, порой даже правой, пропаганды. Олссон скорее социалист, симпатизирующий левым взглядам. За колониализмом, следуя Францу Фанону, он говорит о диктате европейских стран. Фанон утверждал, что страны «первого» и «третьего» мира имеют общую заинтересованность друг в друге. Последние – важный рынок сбыта для первых. Перекрытие/потеря этого рынка способно разрушить всю систему капиталистического мира. «Право на нашей стороне, и наша позиция справедлива», – говорится в книге. Другими словами, Фанон призывал страны третьего мира знать себе цену и подняться с колен. Олссон иллюстрирует этот момент высказыванием Тома Санкары, который когда-то поставил под вопрос всю системы дотаций богатых стран бедным. Поставил под вопрос и победил, поплатившись за это жизнью. Однако освобождение от колонизатора еще не означает свободу. Рядом с Санкарой Олсон показывает и других африканских лидеров, использовавших борьбу за независимость для создания собственных режимов.


6


«О насилии» разоблачает не одно лишь лицемерие существующей в Западных странах формы либерал-демократии. Олссон вслед за Фаноном представляет капитализм реальной основой колониализма. «В колониях экономический базис становится надстройкой — ты богат, потому что ты белый, ты белый, потому что ты богат». Олссон идет дальше, обвиняя в колонизаторском насилии не только бывшие метрополии, но и тех, кто, не имея колоний, пользовался плодами колониализма и продолжает сегодня грабить угнетенные страны через международные корпорации. Одним из эпизодов фильма является история о забастовке рабочих в шведско-американской горнодобывающей компании в Либерии, требующих повышения зарплат, которая не только была подавлена, но и стала причиной для множественных арестов рабочих, после которых те больше не вернулись.


7


Перед нами важный важный прецедент: как европеец, снимающий на европейские деньги, Олссон визуализирует идеи, которые при нужном использовании могут подорвать основы современной Европы. Идеи, которые могут стать если не пособием, то поводом к размышлению. В этом смысле «О насилии» — это один из редких сегодня прямых политических фильмов, напоминающих о золотой эпохе политического кино 60-70-х годов. Как и участники кинообъединения Newsreel, режиссер действует изнутри системы; как представители группы «Дзиги Вертова», стремится к простоте и наглядности; как Крис Маркер и Ко, ищет грань между отстраненностью и соучастием, между образом и словом. Есть только одно отличие – Олссон документалист иного типа: он работает с архивами и знает, что в XXI веке эти самые архивы при грамотном использовании или помещении в нужный контекст могут стать важным разоблачением двуличности этого мира. Перефразируя слова того же Маркера: история еще никогда не нуждалась в таком тотальном переосмыслении как сегодня.


8


Насилие, ставшее единственным способом борьбы для угнетенного, не означает практику свободы. Здесь заключена самая большая трагедия, о которой говорит Гайятри Чакватори Спивак в своей вступительной речи к фильму. Гибель угнетенного остается такой же безымянной, как и его жизнь. Его борьба способна остановить легитимизованное насилие колонизатора, но она не в силах принести новый день. Спивак называет фильм Олссона большим уроком – таким же, какой в свое время преподнес Фанон своими «Изгоями Земли». «Социально справедливый мир» может принести только новая модель сосуществования, а для этого колонизатор должен научиться читать между строк. В этом смысле, главной аудиторией Олссона, как и в свое время Фанона, остается Запад.


9


«Им не удастся разделить прогрессивные силы, которым суждено привести человечество к счастью, даже если они размахивают для этого угрозой Третьего Мира, готового подобно волне поглотить всю Европу. Третий Мир не станет организовывать великий крестовый поход голодных против всей Европы. От тех, кто веками поддерживал рабство, принято ожидать, что они помогут реабилитировать человечество и утвердить человека победителем везде – раз и навсегда. Но, разумеется, мы не столь наивны, чтобы думать, что все это возможно в сотрудничестве и по доброй воле европейских правительств. Эта сложнейшая задача, заключающаяся в восстановлении и возвращении человечества в мир, всего человечества, будет осуществляться при непременной помощи европейских народов, которым нужно самим осознать, что в прошлом они часто разделяли сторону наших общих хозяев, когда речь шла о колониальных вопросах. Чтобы достичь этого, европейские народы в первую очередь должны решиться проснуться и растормошиться, использовать свои мозги и перестать вести глупую игру в Спящую Красавицу», – Франц Фанон.




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject