«На дне» Джеймса Грэя

27.04.2012 09:34


Стали известны новые подробности съемок «На дне» Джеймса Грэя, самого ожидаемого фильма года по версии Cineticle.


Ну что ж, Грэя, действительно, любят во Франции больше, чем в США. Тем обиднее, что его новый фильм так и не смог быть завершен к Каннскому кинофестивалю. Однако накануне во французском издании Liberasion появился внушительный материал о съемках фильма и фотографии со съемочной площадки. Автор статьи Джордан Минтцер – одновременно автор первой книги о режиссере Джеймсе Грэе (интервью Минтцера с Грэем, вошедшее в книгу, мы публиковали в нашем последнем номере).

Напомним, в «На дне» (анг. «Low Life»; пока еще числится, как черновое название) рассказывается о молодой польской эмигрантке Еве (Марион Котийяр), которая прибывает вместе с сестрой в США в 1921 году. Еще в дороге сестра заболевает, и после прибытия, ее отправляют на карантин. Ева же погружается в пучину Манхеттена. Здесь она знакомится с Бруно (Хоакин Феникс), который склоняет ее к занятию к проституцией, и его братом Орландо (Джереми Реньер), пытающегося, наоборот, помочь ей… Все это на словах изобилует штампами, но повторяя слова из нашего первого обращения к фильму, именно мастерски обыгрывая их, и создает свои полотна Джеймс Грэй.

 

Кадр из фильма «На дне» (фотография digitalspy.co.uk)


В статье в Liberasion Грэй рассказывает о том, что в «На дне», также как и в предыдущих работах, он отталкивался от автобиографических мотивов. В этот раз от истории прадеда, который в свое время держал один из баров в Нью-Йорке (в «Ярдах», напомним, Грэй вдохновлялся историей своего отца, работавшего в нью-йоркском метрополитене). «Этот бар посещало огромное количество бандитов, богемы и разных эксцентричных личностей. И моя двоюродная бабушка часто рассказывала мне о неком Максе Хорштене, который был местным сутенером», - говорит Грэй.

При этом Джордан Минтцер, побывавший на съемочной площадке отмечает особую визуальную эстетику фильма, называя его «настоящим прорывом для режиссера» (ранее Грэй, в интервью IndiWire, отмечал, что считает «На дне» своим лучшим фильмом, как в плане своей работы, так и работы актеров). Минтцер описывает яркие костюмы, созданные 80-летней Патриссией Норрис (одним из ветеранов американского кино, часто работавшей с Дэвидом Линчем, в частности, над его фильмами «Человек-слон» и «Шоссе в никуда») и приходит к выводу, что «освещение и та воздушность, с которой актеры появляются на экране, без сомнения, отражает желание режиссера дистанцироваться от формального реализма его предыдущих фильмов с целью поиска мифических элементов».

 

«Нью-Йорк», 1911, Джордж Беллоуз


Он также отмечает, что Грэй перед съемками вдохновлялся картинами американских художников начала XX века, Эверетта Шинна и Джорджа Беллоуза. И Шинн и Беллоуз известны своими полотнами, исследующими повседневную жизнь городских жителей (чаще всего Нью-Йорка). При этом, если Шин, бывший участником группы Ashcan School, известной также как «Восьмерка», тяготел к изображению людей в закрытых помещениях (зачастую театры), то Беллоуз выделялся своей тягой к открытым пространствам и эпическим масштабам в изображении рабочего класса большого города.

Позже, оператор фильма Дариус Хонджи (на его счеты последние ленты Вуди Аллена; «Любовь» и американские «Забавные игры» Михаэля Ханеке; «Семь» Финчера) обратил внимание Грэя еще и на эротические фотографии Полароид, которые итальянский архитектор и дизайнер Карло Моллино делал в своей студии на протяжении четырнадцати лет. По мнению Хонджи, это должно было стать источником «идеальной текстуры для съемок зернистости кожи и освещения, которые способны привнести, своего рода, религиозный аспект».

 

«Девушка на сцене», 1906, Эверетт Шинн


О религиозном аспекте, к слову, говорит и сам Грэй, упоминающий в числе своих вдохновителей накануне съемок Брессона и его «Дневник сельского священника» (еще Грэй, традиционно, вспоминает «Крестного отца», его вторую часть), а также намекая на цитировании в своей картине финальной сцены исповеди. На это Минтцер вспоминает, что религиозная составляющая была свойственна и предыдущим фильмам режиссера: «религиозные пения в «Маленькой Одессе», католические похороны в «Хозяевах ночи» и бар-мицва в «Двух любовниках».

Кроме того, несмотря на наличие центрального женского персонажа, Грэй признается, что в очередной раз обращается к исследованию патриархата, ключевой теме в его филомографии. По его словам, желание поставить в центр истории женщину, обусловлено желанием «дистанцироваться от любой мужской точки зрения». Что, впрочем, не мешает Минтцеру отметить тот факт, что новый фильм скорее продолжает традицию «Двух любовников».

 

Фотография Карло Моллино


И несколько технических фактов: фильм снимался, по большей части, в районе Квинса, бывшем некогда оплотом греческих эмигрантов; продолжительность съемочного процесса составила 35 дней; бюджет фильма, не смотря на декорации и костюмы, довольно не велик и куда ближе к инди-проекту; в данный момент фильм находится в процессе монтажа; а его премьера, по словам Грэя, должна состоятся осенью либо в Торонто, либо в Венеции.

Ну и фотографии со съемочной площадки, отсканированные из Liberasion порталом IndiWire:

 

 

Станислав Битюцкий

 

Читайте также:

- Классическое переосмысление

- Джеймс Грэй: Нью-Йорк, которого больше нет

 


главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject