Бертран Бонелло: Романтизм – это болезнь

Перевод: Михаил Гунин


Самым одиозными и спорным фильмом нынешнего Каннского кинофестиваля стала отнюдь не работа Триера или Малика, а лента французского режиссера Бертрана Бонелло «Аполлонида. Воспоминания о доме терпимости». История фильма происходит в закрытом пространстве публичного дома начала XX века. За кадром звучит соул-музыка 60-х. В небольших ролях - французские режиссеры Ксавье Бовуа, Пьер Леон, Жак Ноло и Венсен Детри. О работе над фильмом, процессе его создания и важном влиянии Хоу Сяосяня, Бертран Бонелло рассказал в своем интервью изданию Independencia.


ТВОРЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС

При создании нового фильма всегда хочется сделать нечто, отличное от предыдущих, но очень скоро ты осознаешь, что это невозможно. Когда я смотрю «Дом терпимости», то понимаю, что его можно рассматривать как смешение моих предыдущих работ. Это пугает, но, в то же время – с этим ничего нельзя поделать. Скорее, тут вопрос веры в определенный подход к режиссуре.

МЕТОД

Никакой теории. Я не особо размышляю над тем, как подойти к тому или иному, что можно сделать и чего нельзя… Разумеется, определенное влияние оказывают те фильмы, которые ты видел ранее и из которых удалось что-то почерпнуть.

ПИСЬМО

Моя основная ошибка – в том, что в процессе письма я абсолютно свободен. Когда сценарий закончен, я смотрю на него и думаю: «Как, черт возьми, я собираюсь снимать это? Как я себе представляю весь этот абсурд?» Результат видится настоящим кошмаром. Тем не менее, при рассмотрении по отдельности те или иные вопросы постепенно разрешаются… Я очень великодушен к зрителям, когда пишу, и поэтому всегда стараюсь придумать, чем бы удивить их.

ВЛИЯНИЕ ФИЛЬМА «ШАНХАЙСКИЕ ЦВЕТЫ»

Этот фильм я так и не посмотрел во второй раз, однако он, вероятно, во многом повлиял на меня. И я, возможно, даже понимаю, каким образом. Я не был до конца уверен в том, как именно передам на экране атмосферу публичного дома – и в итоге интуитивно взял за основу атмосферу опиумной курильни в картине Хоу Сяосяня. В ней присутствует чувственность, но без истерии. В моем фильме появляется китайская скрипка – небольшое посвящение Хоу.

ПОВТОРЫ

Я очень люблю повторы и использую их в каждом из своих фильмов. Как верно заметил Брайан Ино, «повторение – это форма изменения».

СМЕЛЫЕ РЕШЕНИЯ

Очень важно, что все действие происходит в одном и том же месте. Я сразу задумываюсь над тем, как разрядить атмосферу для зрителя, используя пространство и время. Но я полагаю, что моя картина в некотором смысле гораздо более барочна, чем фильм Хоу.

Возможно, я слишком много вложил в нее. Это моя самая затратная работа, хотя в целом по-прежнему малобюджетная – порядка трех миллионов… На нее должно было уйти все шесть, однако я смог уложиться в меньшую сумму.

ФРАНЦУЗСКОЕ КИНО

Честно говоря, мне не слишком уютно внутри французского кино. Вот почему я пытаюсь создавать нечто иное. Когда я попал в конкурсную программу восемь лет назад, в ней участвовало четыре американских ленты:  «Бурый кролик», «Слон», «Таинственная река» и «Матрица 2». Каждая из них – большой шаг вперед в том или ином направлении. Вернувшись в Париж после фестиваля, я тогда сказал: «Боже мой, несчастные французы! До чего мы дошли?» Не могу сказать, насколько комфортно я бы чувствовал себя внутри американской системы кинопроизводства, но и она мне, безусловно, интересна.

ПОЛ

Мне кажется, мои фильмы не столько о полах, сколько о взаимоотношениях сознания и тела. В молодости на меня здорово повлияли фильмы Дэвида Кроненберга, которые как раз этому и посвящены.

РОМАНТИЗМ

Романтизм – своего рода болезнь. К примеру, однажды мне задали вопрос о том, почему в картине «Дом терпимости» дважды появляется роза. Я ответил: «Если бы она появилась лишь однажды, это был бы сентиментализм, а если дважды – то романтизм». Все это несколько гротескно и болезненно…

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СОВРЕМЕННОЙ ПОП-МУЗЫКИ И СОУЛА

На мой взгляд, любой фильм принадлежит тому времени, в которое был снят. Когда вы смотрите ленту семидесятых годов, действие которой происходит в начале двадцатого века, вы, тем не менее, будете воспринимать ее как ленту семидесятых. О моем фильме будут говорить как о фильме 2011 года. Так почему бы не использовать эту музыку? Корни соул-музыки уходят в культуру темнокожей Америки, рабство… и эта связь здесь очень важна.

АКТЕРСКИЙ АНСАМБЛЬ

Съемки были не из простых, поэтому мы основательно к ним готовились. Я мог сказать актерам: «Через шесть дней вам придется плакать, через пять дней вы будете танцевать…» – а в день съемок вообще не давать никаких инструкций. Помимо этого, дабы немного напугать их, я мог заявить, что для этой сцены мы сможем сделать только один дубль.


Перевод: Михаил Гунин


Читайте  также:

Бертран Бонелло: Между мирами



главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject