Канны-2011: «Меланхолия» Ларса фон Триера

19.05.2011 08:36


В Каннах состоялась долгожданная премьера «Меланхолии» - фильма, который перед началом киносмотра называли одним из главных претендентов на победу. Сразу после показа мнения критиков по традиции разделились.


Кевин Ягернот пишет в The Playlist: «Спустя два года после большой каннской шумихи по поводу «Антихриста», enfant terrible снова возвращается к крестной теме, но уже с менее радикальным тоном в «Меланхолии». Не смотря на  провокативный контекст,  Фон Триер снял свой самый сдержанный фильм со времен «Европы». Это намеренно не шокирующее, возвышенное кино воздействует так, как камерные работы Бергмана, и только удивляешься тому, каким созерцательным стал теперь Фон Триер».

«Новый фильм Фон Триера – это конец света и одновременно начало нового пути режиссера. В его потрясающей «Меланхолии» показано нежное тотальное разрушение, которого можно было ожидать от кого угодно, только не от датского провокатора. Если «Антихрист» был иглой, вгоняемой под ногти, то «Меланхолия» – это чистая картина, в которой голливудские спецэффекты соединились с интимной мелодрамой. Здесь «Торжество» встретилось с «Армагеддоном», коммерчески успешная комбинация, которая приведет широкого зрителя в артхаус, и непременно повлечет за собой дискуссии, какие вряд ли смог бы спровоцировать другой фильм о конце света», - Питер Дебруг Variety.

«Это мрачные и в то же время величественные образы: они вызывают и страх, и трепет предвкушения – создаётся такой эффект словно заглядываешь во внутрь шоколадного пасхального яйца смерти. Что именно фон Триер пытается этим сказать? «Антихрист» был криком боли; «Меланхолия» же больше похожа на тяжелый вздох, удушье в ужасном удивлении от всего этого. Это совсем не так мрачно, как заставляет вас думать название фильма, и так прекрасно смотреть на это – всё выглядит декадентским, почти роскошным. Также, несмотря на всю свою странность, картина достаточно доступна, словно фон Триер решил - в порядке эксперимента - хотя бы разок побыть частью человеческой расы, а не идти против неё. Если правда, что страдание любит компанию, быть может, это и есть способ фон Триера доносить свои идеи. И возможно в фильме «Меланхолия» он как никогда приблизился к тому, чтобы заключить нас в свои медвежьи объятия», – заключает Стефани Захарек из Movieline.

А вот Питер Брэдшоу из Guardian дает негативный отзыв: «Фон Триер снял фильм в своей привычно самодовольной манере: притворная ария симулированной боли и псевдо насилия. Сценарий «Меланхолии» - полная пустышка, бедная Данст вступила в ряды Николь Кидман и Брюс Даллас Ховард, голливудских актрис, сомнамбулически слонявшихся в фильмах Фон Триера. Само зрелище – плоское и презрительное. Возможно, этот фильм – просто очередной симптом пережеванной в прессе депрессии режиссера, или в какой-то степени терапия, которая должна распространиться и на зрителей. Я могу только приободрить аудиторию Фон Триера. Чтобы ни случилось с этой планетой, у фильма точно есть конец».

Сам же Триер накануне напоминал: «Для меня это фильм не о конце света, а о состоянии духа, которое называется меланхолией. Наша планета разрушается, но к чему переживать, ведь мы все равно все умрем! У меня было несколько периодов меланхолии в жизни. Мне нравится понятие страдания и чувства вины, которые заключены в этом слове. Меланхолия присутствует в искусстве, которое мне нравится, это составная часть наиболее удачных художественных форм. Даже когда я пытаюсь снимать комедии, они всегда меланхоличны!»

При этом российская критика фильм Ларса фон Триера приняла безоговорочно. «Оправившийся от затяжного творческого кризиса фон Триер нашел не только изысканный способ примирения обеих героинь со вселенским концом, но и удивительным образом сумел вызвать у публики чувство глубокого удовлетворения оным. Это редкое по бескрылым нынешним временам чувство древние греки по-простому именовали катарсисом. А оно просто немыслимо без лошадиной дозы меланхолии», – пишет Стас Тыркин в «КП».

«Меланхолия» вряд ли войдет в тройку главных шедевров Триера. Но это прекрасное кино — с мыслями, образами, высоким мастерством и ранимой душой черного романтика… Триер в смысле стиля возвращается к собственному раннему творчеству, на которое сильное влияние оказали Лукино Висконти, Ингмар Бергман, немецкий романтизм и Андрей Тарковский. Нынешний фестиваль взывает и к сравнению с Терренсом Маликом, чье «Древо жизни» было показано двумя днями раньше. В обоих фильмах присутствует космический амбициозный замах, есть сцены создания и разрушения мира, есть эпическая форма и большой стиль. Из этих двух версий глобального кино я выбираю версию Триера – как более цельную, более личную», – Андрей Плахов «Коммерсант».

«Ларс фон Триер снова в дамках, – пишет Юрий Гладильщиков «РИА Новости». – Подзаголовок на плакате «Меланхолии»: красивый фильм о гибели мира. Все точно! Фон Триер, кстати, боится, что фильм получился красивым слишком, то бишь дамским. Ничего подобного. Триер сам правильно перечисляет источники: немецкий романтизм, Вагнер, Висконти».

О важном влиянии Вагнера пишет и Антон Долин в «Газете»: «Вагнер, во всем его давящем величии, конечно, важнее. Он – главный вдохновитель и едва ли не соавтор «Меланхолии». По большому счету, колоссальные оперы немецкого гения – не что иное, как сказки про рыцарей и чудовищ. Новый фильм Триера – тоже сказка, причем отсылающая к конкретному скандинавскому прообразу: «Муми-троллю и комете» Туве Янссон, сюжет которого в «Меланхолии» пересказан достаточно близко к первоисточнику (есть даже финальный побег в волшебный грот). Ключевое отличие – в развязке. Финал, в котором все умирают, не новость для кинематографа и тем более для Канн. Но чтобы настолько все…».

Оценка фильма: 5.58 из 10 (16 голосов) на Micropsia


главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject