Лучшие фильмы 2018 года | Олександр Телюк. История наступает сейчас (и катится в пропасть)



2018 год. Впервые в истории ведущей церемонии награждения Американской киноакадемии стала трансгендерная женщина (актриса Даниэла Вега). Впервые в истории сразу две трансгендерных персоны оказались среди номинантов (также режиссер-документалист Йенс Форд). При этом, если посмотреть на распределения самих призов 90-й церемонии «Оскар», из 33 человек, получивших статуэтку в гендерно-инклюзивных номинациях, можно насчитать только три женщины (9%). (Первая женщина, получившая «Оскар» за режиссуру, была отмечена лишь менее десяти лет назад (Кэтрин Бигелоу в 2009 году), а «Оскар» за лучший фильм женщины получили лишь на пятом десятке существования премии (Джулия Филлипс в 1973 году)).

2018 год. На пресс-конференции Берлинале президент фестиваля Дитер Кослик заявляет, что в этом году фестиваля нет определенной темы, а фильмы, представленные в программе, показывают разнообразия сообществ, стилей жизни и горизонты опыта. Наиболее статусные европейские фестивали и правда становятся площадкой для обсуждения острых социальных тем: беженцев и бедности, неонацизма и популизма, движения #MeToo и прав ЛГБТ+. В то же время из 78 режиссеров, принимающих участие в основных конкурсных программах четырех наиболее известных европейских кинофестивалей (Берлин, Канны, Локарно. Венеция), насчитываем только 11 (14%) женщин. В основном конкурсе фестиваля Венеции только один фильм из 21 создан женщиной (Дженифер Кент).

И здесь проблема не только в дискриминации женщин (интерсексуальных персон, бедняков, грядущих поколений, нечеловеческих форм жизни etc), сколько в том, насколько медленно консервативный белый патриархальный мир уступает свои привилегии. А также и насколько двусмысленным становится очередной фестивальный успех фильмов о беженцах, нищих или геях, которые, как иногда кажется, элиты используют как контрибуцию по отношению к либеральным трендам.

Пример из феминизма можно воспринимать лишь как частный случай иррационального в нашем современном мире, где четвертая волна феминизма сосуществует с набившим оскомину культом режиссера-автора и благоговением перед фильмами о серийных маньяках, отрезающих женщинам груди. Где блестящие научные открытия соседствуют с шальным агрессивным суеверием. Где в одно и то же время расшифровывается геном человека, или доказывается бозон Хиггса, но и продолжаются примитивные кровавые бойни, уносящие жизни десятков тысяч людей (Афганистан, Йемен, Сирия).


***


2018 год стал для меня годом запроса на политическое кино. И пока лучше всего с этим вызовом справляются документальные фильмы. Картины, обращенные не к личным историям маргиналов, или к репортажам современного политического хаоса, а к историческим реставрациям, реконструкциям, реэнакментам и ремейкам. Работы, интерпретирующие историю, как каталог ошибок и преступлений.

В своем визуально сдержанном фильме-расследовании Гассан Хальвани обращается к теме пропавших без вести жертв Ливанской гражданской войны (1975-1990), унесшей жизни более ста тысяч человек. Хальвани щепетильно восстанавливает старые фотографии военного периода, проводя аналогии между затертыми изображениями и своими личными воспоминаниями. Но абстрактный детектив Хальвани лишь условно приближается к цели. Призраки прошлого рассказывают о своей боли не больше, чем городские кладбища и метки о местах массовых захоронений на картах. Хотя от этого немой ужас, пережитый жертвами прошлого, становится еще более сильным.

Концептуальный на первый взгляд фильм Хальвани, оказывается весьма конкретным воплощением как травматического опыта Ливанской войны, так и всего Близкого Востока с его непрекращающейся милитаристской свистопляской, что роднит его с практиками других художников ближневосточного региона, работающих с темой памяти через изображение, – Камаля Альджафари, Акрама Заатари, Лоуренса Абу Хамдана.

Личные архивные материалы для создания своих политических фильмов используют Жуан Морейра Саллес и Рут Беккерман. Саллес обращается к любительскому архиву своей матери, путешествующей Китаем в 1966 году. Этот невинный личный материал во второй половине фильма «Когда наступает "сейчас"» он оттеняет документальной сагой о волнениях 1960-х в Париже и Праге. Картина Саллеса – одновременно и напоминание о хрестоматийном случае низовой политической активности шестидесятых, и грустный взгляд на превращение былого бунта в медийный культ, далекий от мотивов рядовых участников и свидетелей тех событий.

Рут Беккерман использует личный студенческий киноархив, чтобы вспомнить о ее протестах против правого популиста Кута Вальдхайма, боровшегося за пост президента Австрии в 1986 году. Вальдхайм выигрывает кампанию, даже несмотря на известия о его косвенному причастию к преступлениям нацизма. В исторической реконструкции Беккерман, где кроме любительских хроник обильно использован телевизионный материал 1980-х, несложно увидеть отображение политической реальности 2010-х, когда сходят с рук любые грязные маневры.

Другая группа фильмов, о которой хочется говорить, также обращается к истории и архивам, но теперь уже из фондов игрового кино. Так, исследовательскою мишенью Лукаса Маркста в «Виктории» становится звуковая составляющая классических контркультурных фильмов 1960-х годов (Дениса Хоппера, Микеланджело Антониони и т.п.). Проектируя ее на истощенные современные американские ландшафты, сочетая как растерянность «29 пальм» Дюмона, так и медитативность позднего Беннинга, Маркст создает грустную документацию поражения пафоса контркультуры перед лицом неолиберализма.

Подобным образом через соединения ландшафта и кинематографических реминисценций строит свой фильм «Также известен как Джихади» Эрик Бодлер. Обращаясь к классической работе Масао Адачи, Бодлер создает тревожный трэвелог якобы бойца Исламского государства – то ли загадочного одиночки-террориста, то ли жертвы исламофобии. Важно, что работы и Маркса, и Бодлера выходят за рамки простых синефильских римейков. В случае обоих фильмов речь идет скорее об ощущении утраты авангардной кинематографической формы, которая когда-то казалась революционной.

Наконец, дальше всех (в том числе самого себя) в коллекционировании исторических аллюзиях заходит в своем новом фильме «Книга образа» Жан-Люк Годар. Его калейдоскопическое киноэссе хоть и не кажется революционным, но впечатляет свободой в обращении с культурным наследием. Годар как будто помещает зрителей в эпицентр кладбища кинематографических образов, заставляя каждого из них выбираться из него самостоятельно. Но, пожалуй, самое любопытное в работе Годара – его пиратское использование большинства материалов. Этот анархический жест здесь выглядит как ироничная критика зыбких институтов западного общества, чопорно борющихся с пиратством в океане жестокости и неравенства вокруг.


Фильмы года

1. «Стертый, восхождение невидимого» (Tirss, rihlat alsoo'oud ila almar'i), Гассан Хальвани

2. «Когда наступает "сейчас"» (No Intenso Agora), Жуан Морейра Саллес

3. «Также известен как Джихади» (Also Known as Jihadi) + «Идя дорогой домой» (Walked The Way Home), Эрик Бодлер

4. «Виктория» (Victoria) + «Долина Империал» (Imperial Valley (cultivated run-off), Лукас Маркст

5. «Вальс Вальдхайма» (Waldheims Walzer), Рут Беккерман

6. «Книга образа» (Le livre d'image) + трейлер 22-го Международного документального кинофестиваля в Йиглаве, Жан-Люк Годар

7. «Мадлен Мадлен» (Madeline's Madeline), Жозефин Деккер

8. «Дикие мальчики» (Les garçons sauvages) + «Ультра мякоть» (Ultra pulpe), Бертран Мандико

9. «Короче» (Downsizing), Александр Пейн

10. «Третья доля третьего такта» (The Third Part of the Third Measure), The Otolith Group


Короткометражные фильмы

1. «В будущем без потерь» Onward Lossless Follows, Майкл Робинсон

2. «Мое расширенное восприятие» (My expanded view), Кори Хьюз

3. «Гора, равнина, гора» (Mountain Plain Mountain), Араки Ю, Даниэль Джакоби

4. «(Дурная) Работа» (Fool Tim Job), Жильс Кувелье

5. «Маскировка» (Maskirovka), Тобиас Зелоны

6. «Смешивание и ослепление» (Blending and Blinding), Ричард Туохи

7. «Острые слова» (Swords), Федерико ди Корато

8. Idizwadidiz, Исайя Медина

9. «Обмороки» (Fainting Spells), Скай Хопинка

10. «Две казни маршала» (The Marshal's Two Executions), Раду Жуде


Украинские фильмы

1. «Дельта», Олександр Течинський

2. Аматорские фильмы Мыколы Перетятка и Олега Качмара в рамках «VHS / Вехаес. Дней аматорского фильма» в Довженко-Центре

3. «Рождественские истории» («Різдвяні історії»), Валерия Сочивец, Филипп Сотниченко

4. «Диорама» («Діорама»), Зоя Лактионова, Татьяна Корнеева

5. «Государственное учреждение» («Державна установа»), Ярема Малащук, Роман Химей

6. «Камалока», Ярослав Коротков

7. «Вне зоны» («Поза зоною»), Никон Романченко

8. «Охрана труда на Днепропетровщине» («Охорона праці на Дніпропетровщині»), Даниил Ревковский, Андрей Рачинский

9. «Брама», Владимир Тихий

10. «Ночь с Натальей» («Ніч з Наталею»), Андрей Бондаренко


Читайте также:

ТОП-10 фильмов 2017 года

ТОП-10 фильмов 2016 года

ТОП-10 фильмов 2015 года

ТОП-10 фильмов 2014 года

ТОП-10 фильмов 2013 года

ТОП-10 фильмов 2012 года

ТОП-10 фильмов 2011 года

ТОП-10 фильмов 2010 года


К списку авторов




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject